– Нет. Я не люблю смотреть на драки.
– Хм, как хочешь, – Дженис немного сникла, но тут же воспрянула духом: – Придумала! Будем играть в магическую стратегию.
Она принесла из шкафа какую-то доску и разложила на столике. Похоже на поле для игры в шахматы, только без клеточек и фигур.
– Правила очень простые. Сначала выбираем местность. Например, постапокалиптический город.
Над доской тут же возникло голографическое изображение полуразрушенного мегаполиса. Какая потрясающая детальность! Видны дома, машины на улицах. Даже трещины в асфальте! Даже мусор на тротуаре!
– Потом выбираем бойцов и вооружение. Допустим… две противоборствующие группы выживших людей, экипированные пистолетами и ножами. У каждого игрока по двадцать человек, чтобы поровну.
На доске возле меня и Дженис появились изображения маленьких человечков. Они поозирались и мигом разбежались по укрытиям.
– А главнокомандующего выбирай сама. Из любой эпохи и мира.
– Пусть будет, хм… Сталин.
– Тогда я беру Черчилля, – командиры заняли места среди бойцов. – Теперь мы должны, отдавая приказы солдатам через главнокомандующих, истребить отряд противника. Готова?
– Да, давай попробуем.
Игра оказалась довольно затягивающей, но непростой. Нужно было тщательно продумывать тактику и отдавать грамотные приказы. Самое интересное, что главнокомандующие могли и не согласиться, они частенько предлагали свои варианты развития событий. Бойцы тоже порой упрямились и с криком: «Мамочки!», улепётывали с поля сражения. Но это только добавляло драйва. Пару раз мне даже удалось победить. Мы играли, играли, и так незаметно пролетела вся ночь.
Постепенно я привыкла к новому существованию в школе кураторов. Всё, что было шокирующим и непонятным, стало будничным и рутинным. Лекции, тренировки с Деррилом, занятия магией, наши посиделки у Дженис… Вскоре я почти забыла, что когда-то всё было по-другому. «Связью» пользоваться больше не пыталась, всё равно от этого становилось только хуже.
Выходных для учеников кураторов не предусматривалось. Мы ведь мёртвые, значит, скопытиться от переутомления не можем априори. Но иногда наставники баловали нас отгулами.
Учиться было интересно, хотя требовали от нас много. Но желания совершенствоваться и постигать новое это не отбивало. Про занятия с Кадигой и профессором Мэднесс я уже рассказывала, остальные преподаватели оказались не менее… харизматичными.
«Логии» и ведовство вела Вишуд-Увай. При жизни она была друидкой, обитала в лесу, в гармонии с природой. На вид ей было не больше двадцати пяти лет. Она всегда носила шёлковые белые платья в пол, ходила босиком, в причёску вплетала цветы, на тонких запястьях постоянно позвякивали бесчисленные серебряные браслеты. В общем, эдакое невесомое голубоглазое чудо с золотистыми волосами. Казалось, что Вишуд-Увай не способна вести себя строго, но на самом деле к преподаваемым предметам она относилась очень серьёзно, лени и раздолбайства не терпела, так что дисциплина на её парах была железная, практически как у самой Кадиги.
О, и латынь, конечно. На ней ведь создавалось большинство заклинаний. Казалось бы, что может быть проще? Нужно лишь вложить нам в голову знания, как поступили со всеми остальными языками, но Кадига была принципиально против этого. Не знаю уж, в чём причина, может, в личной нежной привязанности к латыни… в общем, Кадига заставляла нас учить всё обычным способом, и мы покорно зубрили, продираясь сквозь трудности древнего языка.
За обучение латыни отвечала госпожа Исхири Нэру, землячка основателей, которую ученики ласково окрестили «парва турбатио», что в переводе означало «маленький ужас». Она была пожилой даже на вид, а по слухам её возраст уже перевалил за тысячу лет. Маленького роста, полненькая, с вьющимися каштановыми волосами ниже плеч. Госпожа Нэру носила традиционный костюм своей родины: платье в пол из тончайших топазовых нитей и длиннющая тканевая накидка, волочащаяся по полу при ходьбе. В общем, внешне она казалась довольно безобидной, но характер… По характеру это был сплав Гитлера со Сталиным. Она прицельно кидалась вещами, раздавала телепатические оплеухи и могла одной фразой опустить самооценку ученика на уровень дна Марианской впадины. И, что самое странное, её всё равно обожали. Я тоже благоговела перед Исхири Нэру, хоть и боялась буквально до икоты. Зато страх стимулировал нас с тройным усердием вгрызаться в науку.
Занятия магией были групповыми, и вела их наставница Дженис – Мередит Коул. На вид ей было лет тридцать пять. Симпатичная женщина, только внешность уж слишком… агрессивная. Волосы короткие, чёрные с синими прядями. Яркий макияж, длинные чёрные ногти. Джинсы, кожаная «косуха», сапоги с металлическими носами, шипастый ошейник. Да, неудивительно, что они с Дженис спелись.
