Безродный открыл глаза, взглянул на часы и с досадой обнаружил, что пересменку он проспал. Он был уверен в том, что никаких сбоев не будет, но он упустил информацию о техническом состоянии каждого автомобиля, которую он получал из уст сменившихся водителей. У него был свой резерв, на случай схода какого–то автомобиля с линии и он умело манипулировал этим резервом. В этот раз он замены не сделал, и намеченные им для технического обслуживания машины ушли в рейс. То, что его планы несколько нарушились, Безродного обеспокоило. Он сел в первый вышедший с грузом автомобиль и поехал проверять работу смены по всему маршруту. То, что «Свингер» стоит, он узнал из уст водителя.
В помещении радиостанции он никого, кроме дежурного радиста, не нашёл. На вопросы Безродного о том, где все остальные и почему произошла остановка, тот не дал никаких вразумительных ответов.
«Может быть, произошла какая поломка», — подумал Безродный. Это объяснение остановки показалось ему наиболее правдоподобным. То, что «Свингер» может выйти из строя из–за перегрузки, такое было маловероятным. Уж очень эта машина была проста и надёжна. «Может, его ударили грузовиком или уронили что с вертолёта. Вон их здесь, сколько летает. Надо посмотреть».
Безродный вызвал по рации бронетранспортёр, который Тиллес использовал в качестве служебной машины для поездки в зону, забрался в него и кивнул водителю:
— Давай к завалу!
То, что он увидел на месте выгрузки автобетоносмесителей, его взбесило. Какой–то негодяй выгрузился на стоящий в бездействии транспортёр. Безродный ткнул носком ботинка в кучу и отметил себе, что она ещё свежа. «Нужно её срочно убрать, пока ещё бетон не схватился», — лихорадочно подумал он. Безродный, на глазок прикинул объем всей массы, и, запрыгнув в кабину, сообщил водителю:
— Это из ваших, из «партизан» кто–то напакостил!
— Почему это из наших? — обиделся тот.
— Потому, что у меня «Татры», они по пять кубометров берут! А здесь не больше трёх с половиной будет! Это норма для «КамАЗа»! Да и бетон у нас более жёсткий! К тому же у меня одни профессионалы работают и они не позволят себе такого, чтобы на стоящий транспортёр выгрузиться! Это дело рук пациентов психиатрической лечебницы! По–видимому, именно оттуда военкоматы этот набор произвели!
То, что невдалеке от работающего «Свингера» проходил маршрут автомобилей Среднемаша беспокоило Безродного давно. Но эти волнения касались лишь того, что дорожная полоса была узка для несущихся навстречу друг к другу тяжёлых машин. К тому же за баранками автомобилей Среднемаша сидели «партизаны» и их профессиональный опыт вызывал вполне обоснованные сомнения. То, что какой–то болван выгрузит свой бетон на стоящую ленту транспортёра, это никогда и никому не приходило в голову. Более того, если кто–нибудь посмел высказать такие опасения, то его сочли бы за безнадёжного идиота.
Безродный спустился в бомбоубежище и объяснил ситуацию дежурному офицеру.
— Мне нужен взвод солдат с лопатами! Радиация позволяет там работать по пятнадцать минут! Три отделения, меняя друг друга, должны справиться со всей работой! Четвёртое отделение в резерв!
План строительной площадки, помеченный мало кому понятными знаками, лежал на столе дежурного. Тот отдал соответствующие распоряжения и очертил на карте жирный красный кружок. На другой карте, висящей на стене, большим кругом была очерчена так называемая «тридцатикилометровая зона». Ближе к эпицентру взрыва — «трёхкилометровая». Ещё ближе — «километровая». Вся карта была разукрашена обширными разноцветными пятнами, отражающими фоновые нагрузки на данной территории. Даже самые тёмные пятна далеко выползали за границы тридцатикилометровой зоны, которая в отчётных документах значилась как «третья зона радиационного поражения организма».
— А почему зона была установлена в тридцать километров, — поинтересовался у офицера Безродный, — а, допустим, не сорок или пятнадцать? Она ведь никак не отражает истинной картины заражения местности!
— Прочертили по карте циркулем, получилось тридцать! — охотно пояснил дежурный. — Если бы под рукой другой циркуль оказался, значит, было бы пятнадцать или сорок!
Через несколько минут командир взвода доложил о готовности к выполнению боевого задания. Дежурный полковник лично провёл смотр и поставил боевую задачу. Он поднял руку к козырьку фуражки и неожиданно рявкнул, заставив Безродного вздрогнуть:
— Здравствуйте, товарищи солдаты!
Нестройный хор что–то промямлил ему в ответ.
Такое приветствие полковнику не понравилось. Он выкатил глаза и вновь гаркнул то же самое. Во второй раз у «партизан» получилось несколько лучше. Заложив руки за спину, полковник прошелся перед строем.
— Это что за вид? — прогремел его бас на левом фланге. — Небриты! Морды от сна опухли! Ремни на яйцах висят! И это называется солдаты? Вот ты мне ответь, кто ты есть? — прицелился он взглядом в какого–то очкарика.
— Я? — переспросил тот, поправляя очки.
— Два шага вперёд, когда отвечаешь командиру!
Очкарик неуклюже выступил вперёд, и, подняв с достоинством голову, внятно произнёс:
