— В том числе и это! — твёрдо ответил Безродный. — Так вот, для того, чтобы оправдать наличие такой огромной армии дармоедов, — продолжал он, — им необходимо постоянно изыскивать врагов, против которых эта армия и содержится! А если врагов нет, значит, их необходимо выдумать! Иначе каждый здравомыслящий человек скажет: а на хрена нам нужны эти самые борцы с врагами народа! Поэтому, ради своего самосохранения, они не пощадят никого! И когда–то, только для того чтобы продемонстрировать свою преданность власти, миллионы невинных они отправили под топор палача! Что они нам выкинут завтра, я того не знаю! Каких нам ещё врагов отыщут, на месте ли нас будут убивать, или на Колыму перед этим сошлют, этого я не знаю тоже! Я сейчас тоже очень опасаюсь того, что невежество, которое и есть истинный виновник аварии, чтобы обелить себя, ткнёт в любого пальцем и скажет, — вот он виноват, и начнётся резня! Я имею в виду не то невежество, что подмётку на мои туфли задом наперед своими соплями клеит, а то, которое в кумачовых кабинетах в мягких креслах восседает! А если судить по распространяемым сегодня слухам, к самопожиранию нас сейчас и подготавливают!
— Не будет уже этого, Васильевич! Время уже совсем не то!
— Нет, Толик, не изменилось время, и мы остались прежними! Если бы власть, повинилась перед нами, то есть народом, который она беспощадно уничтожала за годы своего правления, то вот тогда бы время изменилось! А так нет! Мы живём в том же времени, в той же стране и при той же преступной власти, что и в семнадцатом году!
— А ты, Толик, — продолжал он, — знаешь о том, что шведы, как только обнаружили повышение радиоактивного фона, а это случилось почти сразу после нашего взрыва, тут же эвакуировали жителей с территорий, расположенных вокруг своих атомных станций?
— Нет! — удивился Чесновский.
— Они, по своей наивности, подумали, что это у них произошла утечка радиации, и незамедлительно приняли меры! Потому, что уровень радиации даже у них, в их Швеции, оказался опасным для жизни нации! Наши правители, по привычке, хотели всё скрыть, потому такая накладочка и вышла! Вот они, те самые капиталисты, проклятые, о своём народе беспокоятся, а мы с тобою, для нашей власти мусор! А чтобы мы своё стойло знали, для того, и содержится огромная армия шпионов, которые, как вши, сидят на наших с тобою шеях, и питаются нашей же кровью!
— Ваша неприязнь к работникам плаща и кинжала меня очень пугает, Васильевич! Заметут нас всех с тобой вместе, коли живы из того пекла выберемся! — сделал невесело свой пессимистический прогноз Чесновский. — Заметут!
— Толик, дорогой мой друг! — наклонился к нему Безродный, — Я не люблю тех, кто копошится в моём грязном белье и ссыт в мои ботинки! Меня детский дом воспитал так, чтобы я ненавидел мерзость во всех её проявлениях! Мы в детдоме нещадно били тех, кто ябедничал на своих однокашников! Да, по–видимому, мало их били, потому, что те, кто начинал свою служебную карьеру ещё с детства, подглядывая за девочками в школьном туалете да стучал на своих друзей, сегодня опять, из тёмного угла, нашими судьбами вершат! В моём сознании они достойны только презрения, и никто и никогда не сможет заставить меня изменить это мнение!
Чесновский внимательно поглядел на Безродного. Тот между тем продолжал:
— Ты вот можешь мне ответить на простой вопрос! Что полезного сделало для тебя КГБ? Что! ? Можешь ли ты мне назвать хотя бы единственного человека, которому они принесли какую–либо конкретную пользу?
— Чекисты когда–то боролись с детской беспризорностью! — вставил Чесновский.
— Да! — это так! — вынужден был согласиться Безродный. — Но сначала чекисты убили родителей этих детей! А потом сирот поместили в детские дома, которые по сути своей являются тюрьмами! Поэтому нет таких людей, которым они бы принесли радость! Если, конечно, эти люди сами не из той же шайки! Но у нас в стране почти нет ни одной семьи, которая в той или иной мере не пострадала бы от рук этих негодяев! Они могут убивать нас из–за угла! Садить невинных в тюрьмы! Публично расстреливать! И обливать нас дерьмом со страниц своих газет! А других газет у нас просто нет! И могут это сделать с любым, который им почему–то не понравится! КГБ — это вооружённая банда, которая бесчинствует в нашей с тобой стране! И каждый гражданин нашей страны является заложником этих бандитов! И цели у них совершенно бандитские, — посеять в стране страх! Чтобы каждый из нас дрожал от страха только при упоминании об их незримом присутствии! Всё это называется «Красный терpop», который возник у нас в двадцатые годы, и никогда с тех пор так и не прекращался!
За стёклами кабин промелькнуло какое–то село, отличающееся от прочих разве лишь только тем, что вытянутая вперёд гипсовая рука вождя мирового пролетариата, указывала на огромную грязную лужу, в центре которой, зарывшись по самые уши, млела от удовольствия недурно откормленная свинья.
