Логинов покосился на Хвесика и, прочитав на его лице полное понимание, вполне миролюбиво окончил свой монолог:
— Ты ещё пацан, Валера, потому крепко заруби себе на носу, что проститутка, она не только свою жизнь — это её личное дело, она чужие судьбы калечит! И запомни, навсегда это запомни, что человек делает в своей жизни лишь одну–единственную ошибку, — он неправильно выбирает себе спутника жизни! Все остальные ошибки это только последствия первой, то есть наиглавнейшей его ошибки!
Несколько километров проехали молча. Хвесик оторвал свой задумчивый взгляд от дороги и спросил:
— Так он так один и живёт?
— Кто он?
— Ну этот самый! Приятель твой!
— Почему один? С сыном!
— И нормально живут?
— Нормально живут! Ссорятся, как и все нормальные люди! Из–за футбола в основном! Сын футболом увлекается! Целыми днями на футбольном поле пропадает! Приходит домой, хромая на обе ноги, весь в синяках да шишках! Приятель мой, ему нравоучения читает! Что это, мол, за игра такая, чтобы мячик ногами пинать? Человек тем от скота и отличается, что у него руки есть! Руки и голова с мозгами! А тут ногами по мячику бьют! Когда–нибудь или ноги тебе переломают, или яйца расколят! Голова для чего тебе дадена? Чтобы ею по штанге стучать? Учиться тебе надо! Учиться! Болван ты этакий! Вырастишь балбесом, как и твой отец, и будешь всю жизнь болты крутить! Так и живут! Нормально живут! Живут, как и все нормальные люди!
Колонна снизила скорость, — навстречу тянулась длинная вереница машин, груженная ревущими коровами. Из зоны радиоактивного загрязнения, для переработки на мясокомбинатах, вывозили заражённый колхозный скот.
Вторым от головы колонны автомобилем управляет Богатырь. Рядом с ним сидит Мельник. Он обнял коленями початую бутылку самогона, на её горлышке звенит опрокинутый стакан. Дьяченко, помеченный свежим синяком под правым глазом, — трофеем недавно пережитых боевых баталий с собственной супругой, с аппетитом закусывает. Мельник с уважением внимательно следит за тем, как приличный шмат сала в руках его тщедушного собутыльника уверенно уменьшается в размерах. Когда Дьяченко успешно справился с салом и с неменьшим аппетитом принялся за домашнюю колбасу, Мельник покачал головою и толкнул локтем в бок Богатыря.
— А я сомневался до сих пор, думал, как такой клоп, без посторонней помощи со своей супругой управляется! Ты ведь видел его жену? Талия у неё, как у беременной кадушки, в её трусы два мешка картошки поместится, а её рост выше твоего на целую голову будет! — подмигивает Мельник Богатырю. Тот, склонив голову, подчёркнуто демонстрирует своё внимание. Дьяченко, насторожившись, смотрит на дорогу. Под его челюстями жалобно похрустывает луковица.
— Нет, ты только посмотри на него! — Мельник ткнул пальцем в сторону Дьяченко. — Спецовочка выстирана, заплатки новые пришиты, все пуговки на месте! Чтобы так прекрасно выглядеть, нужно большое уважение своей законной половины заслужить! А для этого очень много труда приложить надо!
— Иду я как–то, а этот сексуальный гигант со всем своим семейством мне навстречу движется! — с лукавою усмешкой на лице, продолжает Мельник. — Жена впереди малого на руках несёт! Глава семейства, как таракан к арбузу, с правого бока к ней приклеился! А еще трое, мал–мала меньше, как гусенята, следом семенят! Я тогда остолбенел! Конечно, думаю, мал топор, но большие он деревья валит! Но как смог этот перочинник такой огромный баобаб завалить? И не только завалить, а целый выводок ребятишек настрогать? Откуда у него здоровья столько? А теперь мне ясно, откуда оно! Жена ему, оказывается, полкабана в дорогу сунула! Она его, видите ли, салом закармливает!
— Всё его жена правильно делает! — подхватил Богатырь. — Сало, оно для того и сало и есть, чтобы топорище крепче держалось! Чтобы оно не гнулось и не подводило тебя в самый нужный и ответственный момент!
От дружного хохота «сексуальный гигант» поперхнулся, и сквозь кашель и слёзы выдавил из себя:
— Если вы со своими бабами не справляетесь, то вы меня на подмогу позовите! Меня! Я такой, я любому помогу! За просто так, по дружбе и помогу! Я, как юный пионер, завсегда готов своих друзей выручить!
Въехали в какое–то село. Там у огромной Доски почёта двое подвыпивших мужиков устроили драку. Колонна снизила скорость. Высунувшись из открытых окон кабин, водители поддержали дерущихся несколькими дельными советами, почерпнутыми из личных практических опытов. Детишки, наблюдавшие за потасовкой, переключили своё внимание на проезжающие мимо красивые автомобили и помахали ручками, прощаясь с уезжающими дядями.
Черняк сменил за рулём Шрейтера. В своё время их объединил общий интерес, — оба уже давно нянчили своих внуков.
