Когда груженые бетоном машины выстроились у бункера бетононасоса, он вышел из кабины. В его голове, до острой боли в затылке, зазвучала струна. Безродный снял с себя респиратор, вставил в рот сигарету и, попыхивая дымком, прошёлся перед настороженными взглядами, направленными на него из освинцованных кабин. Ниголь уже не раз был свидетелем этого дешёвого номера, потому не обратил на него никакого внимания. Из своего недавнего опыта Юра знал, что эта прогулка по территории, где ты своей кожей ощущаешь жар, исходящий из развалин, производит на новичков огромное впечатление. Но повторять, вслед за Безродным, этот спектакль, он никогда бы не стал.
Безродный подошёл к каждой кабине и повторил водителям свои инструкции.
— Стоять в ожидании выгрузки нужно за этим зданием! Оно защищает от прямого излучения! Здесь должно постоянно находиться только три машины! Не больше и не меньше! Только три машины! Потому, что здесь радиация очень большая! Остальные должны ждать за забором! Пустой из зоны вышел, гружёный вошёл! Ясно?
Конопатый сменил Ниголя на следующем рейсе.
Близились к исходу вторые сутки, после начала операции по бетонированию «плиты». Количество бетона, уложенного в первую из двенадцати ячеек будущего фундамента, приближалось к расчётным.
— Необходимо взять на анализ последние пробы бетона из шахты! — сказал Викторов, протирая очки.
— Что ж надо, так надо! — согласился Безродный. — Полезем в шахту, там с прорабом и договоримся о том, когда следующую захватку начинать будем!
Под громадным полиэтиленовым куполом, сооруженным для защиты работающих под ним людей от радиоактивной пыли, рокотал экскаватор. В узкий проём этого купола, время от времени, пятились пустые самосвалы. Экскаватор кидал им в кузова по нескольку ковшей вынутого из шахты грунта, и те, натужено ревя двигателями, возвращались на свободу.
В дыру, уходящую под здание реактора, убегала стальная колея, тянулись кабели, трубы бетоноводов, и два широких рукава, по которым в шахту подавался воздух.
— Подождите пока! — остановил Безродного дежуривший у входа в шахту связист. — Вагонетка на поверхность идёт! Проход узкий, вы с ней не разойдётесь!
Из штольни медленно выкатилась вагонетка, которую толкали перед собой два шахтёра. Их полуголые тела, перевитые жгутами мышц, блестели от пота. Остановив вагонетку у тупика, они выбили клин, и перевернули корзину. Высыпавшийся грунт экскаватор тут же подгрёб к себе. Вскрыв по две бутылки минеральной воды, шахтёры сделали по несколько глотков, остатки вылили на себя.
— Бегом, мужики, бегом! — поторопил связист Безродного.
Викторов, согнувшись в три погибели, бросился вниз по рельсам. Невысокий рост Безродного позволял бежать ему на полусогнутых ногах, втянув голову в плечи. Сзади, стремительно приближаясь, загремела вагонетка. Не вдаваясь в излишние рассуждения, один из шахтёров столкнул её, и она, набирая скорость, понеслась назад в шахту по наклонному рельсовому пути.
Когда Викторов и Безродный, хватая широко открытыми ртами раскалённый воздух, влетели в штрек, вагонетка с небольшим опозданием ткнулась в кучу песка, насыпанную в конце рельсов. Тут же замелькали лопаты, наполняя её новой порцией грунта. В тесном пространстве шахты электросварщик обваривал стальную арматуру каркаса будущей ячейки фундамента. Гремели отбойные молотки, причмокивал гибкий рукав, выплёвывающий тугую бетонную струю. Очутившись в тесном и душном пространстве шахты, Безродный почти физически ощутил всю тяжесть нависших над его головой сотен тысяч тонн раскалённых радиоактивных обломков. Он приподнялся на носках и дотронулся до бетонного потолка.
— Вроде не такой он и горячий, откуда здесь такая жарища? В этой духовке, наверное, можно яйца жарить?
— Можно, но ты их на будущее побереги! — посоветовал Безродному прораб. — От грунта жара прёт, грунт тоже успел прогреться! Когда бетон пошёл, тогда легче дышать стало, потому, что бетон прохладный! Температура тут сразу упала!
— Когда следующую захватку начнём бетонировать? — смахнул со своего лица крупные капли пота Безродный.
— Я буду готов к приёму бетона через тридцать два часа! — ответил прораб.
Такая точность в ответе, заставила Безродного относиться к нему с ещё большим почтением.
— Хорошо, дружище! Накинем на всякий поганый случай ещё один час и на пятнадцать часов я заказываю бетон! Сколько его нам надо будет?
— Пятьсот сорок кубометров!
В штольне Безродному и Викторову опять пришлось увеличивать скорость. Подталкиваемая двумя человеческими силами их опять нагоняла вагонетка.
На выходе из под купола их встретил пушечный выстрел. В кучу щебня ударил тяжелый резиновый шар величиной в человеческую голову. Это машинисты бетононасоса прочищали бетоноводы.
Первые шестьсот кубометров бетона навечно улеглись в горячую землю Украины.
Безродный с Викторовым приняли душ расположенный в здании административного корпуса и там же поменяли одежду.
