– Значит так, товарищи бойцы, вам предстоит выполнить очень важную боевую задачу. В штабе готовится план операции по ликвидации системного сопротивления группировки оппозиции во главе с Ахмадом Шах Масудом. По агентурным донесениям ХАДа, предоставленных нам товарищем Халилем, – полковник посмотрел на афганца, – Ахмад Шах собирается сегодня посетить горное поселение в этом районе, – он ткнул пальцем в карту, лежавшую на столе, – то есть у границы с Пакистаном. Из разведсводок выходит, что Масуд собирается заключить сделку с пакистанцами о поставках оружия из Китая. Правильно мы понимаем? – обратился полковник к афганцу.
– Именно так, – по-русски с ужасным акцентом подтвердил тот.
– Ваша задача заключается в преждевременном занятии поселения и ликвидации лидера оппозиции. Это позволит нам лишить их группировку централизованного управления и даст стратегическое преимущество в готовящейся операции. Вас высадят на вертолёте за пять километров от поселения, где вы зачистите территорию и займёте кишлак. Далее вы дождётесь Ахмада Шаха, ликвидируете его вместе с сопровождением и отойдёте вот сюда, – полковник снова ткнул в карту, – где вас подберёт вертолёт. Вопросы?
– Товарищ полковник, почему бы сразу не выслать звено вертолётов и звено «грачей», которые сравняют там всё с землёй?
– Позвольте, товарищ Князев, как мы узнаем, когда прибудет Масуд, чтобы, как вы говорите, выслать звено «грачей»? Как вы понимаете, точного времени прибытия нам не известно, поэтому кружащие неподалёку вертолёты не вариант. Это раз. Два. Кишлак кишит гражданскими, поэтому «сравнять всё с землёй» нет никакой возможности. И три, нам нужно подтверждение, что Масуд убит, а не ушёл из-под удара через туннели или пещеры, как уже бывало. Ещё вопросы.
– Тогда почему вы считаете, что никто не заметит нас при приближении к кишлаку и не отменит встречу? –допытывался Князев.
– Вы пойдёте в обход путём, который почти не используется из-за сложного рельефа и который почти не контролируется. К тому же они не ожидают нашего вмешательства, поэтому охранения будет по минимуму. Если события будут развиваться не по плану, у вас будет возможность вызвать авиаподдержку. Вопросы ещё есть?
– Вопросов больше нет.
– Тогда прямо сейчас берите амуницию и загружайтесь в вертолёт. Удачи, ребята.
Ребята отдали под козырёк и строем вышли за дверь. Они направились прямиком в «оружейку», где все взяли по «десантным» АКС-74 с несколькими цинками патронов, несколько гранат и один РПГ-7 с двумя выстрелами «на всякий случай». Из «оружейки» солдаты удачи направились к ожидавшему их на «взлётке» Ми-8.
– Не нравится мне вся эта ситуация, попахивает авантюрой, – выразился один из них по дороге.
– Думаешь, убийство Ахмада что-то поменяет? – спросил второй.
– Духи оченно его уважают, поэтому это действительно может их застать врасплох. Во всяком случае на некоторое время, – ответил третий.
Князев предчувствовал нечто нехорошее, подвох, что ли, хотя план внешне казался неплохим.
– Князь, ты как думаешь? – справился старший лейтенант Борисов.
– Мне тот афганец не понравился, Галиль или Хохол, или как там его. Какой-то уж больно загадочный и на нас косился всё время. Сдаëтся мне, он сказал не всю правду, если вообще говорил хоть что-то правдивое.
В сомнениях тяжёлых все восемь бойцов оказались у вертолёта и по очереди загрузились. Из-за знойного безветренного пекла гружённый вертолёт отказывался взлетать вертикально. Пришлось стартовать с разбега, как самолёту. В иллюминаторах проносилась однообразная пустыня, сменявшаяся на не менее однообразные горные ландшафты. Наконец, в сопровождении звена «крокодилов» экипаж машины боевой высадился на протяжённом горном плато. Вертолёт не садился, поэтому пришлось спрыгивать с висящей в воздухе «вертушки», благо расстояние было не более полуметра. После высадки вертолёты полетели обратно, временно унося за собой все сомнения.
– Слушай, командир, как думаешь, на кой ляд им убивать Ахмада Шаха? По сравнению с остальными командирами он, читай, рыцарь в белых доспехах, – осведомился один из бойцов.
– Бес их разберёт, наверное, афганцы надавили на наших. В последнее время его популярность растёт вместе с контролируемыми территориями, – отметил Князев.
– Ага, почти какое-то средневековье, когда король с князьками не мог землю поделить, – провёл исторические параллели Борисов, из-за чего все невольно засмеялись. Сам старлей видимо не понял причины товарищеского веселья. Через пару минут с левой стороны над ними пролетела пара самолётов, причём пронеслись они довольно низко.
– Опять полетели. По звуку на «Сушки» похоже, как думаешь, командир? – поинтересовался боец, спрашивавший о резонах убийства. Лет ему было не больше сорока, хотя до сих пор на нём красовались «прапорские» погоны.
– Они самые, «грачи» полетели. Судя по всему утренние, отбомбились и на базу.
– Тебе бы, Князь, знак качества выдавать за умение определять «грачей» по звуку, или медаль, – продолжил беседу сорокалетний прапорщик.
