— И всё равно спасибо, но нет, — покачал головой Сареф, — мне в ближайшее время есть, чем заняться… и я никак не могу оставить этот вопрос без своего внимания.
— Понимаю, — кивнул Символ, — в таком случае — надеюсь на твоё благоразумие и рассчитываю, что ты не станешь болтать об этом месте. Ну и, конечно, если ты когда-нибудь передумаешь — здесь тебе будут рады. Хотя, конечно, от Даникена ты теперь не отделаешься. Этот хитрый свин тебя ещё не раз поймает с выгодным предложением, от которого невозможно отказаться.
— Не умничай, — беззлобно огрызнулся Даникен, — молодые перспективные кадры нужны всем.
— Не переживай, — улыбнулся Брик, — чем больше кланы загоняют своё население в нищету — тем больше у нас будет выбор среди молодых и перспективных кадров. И, что самое смешное, тупоголовые клановцы этого никогда не поймут. Ладно, парень, — Символ указал в сторону двери, — мы сказали тебе всё, что хотели. Более не задерживаем…
***
Когда Сареф пять минут спустя вернулся в комнату, Бреннер уже устроился на своей кровати и задумчиво держал одной рукой кинжал, а второй проводил пальцами по лезвию, словно убеждаясь, что оно действительно острое.
— Ну и что тебе сказал Символ? — поинтересовался гном, едва Сареф закрыл дверь.
— Дал Высший Пункт развития за наши услуги и предложил работу в караване на постоянной основе. Пункт я, само собой, взял. А от работы отказался.
— Оно и правильно, — кивнул Бреннер, — если уж совсем нужда припечёт — лучше обращаться за работой к Даникену. Там заработки, конечно, поменьше, чем здесь, но и риска сдохнуть навсегда тоже не будет. Если, конечно, не раздразнить легендарного монстра. Да и… вообще, не советую парень, даже на будущее. Эта трясина затягивает раз и навсегда. Дело, второе, третье, а потом ты и понять не успеешь, когда будешь со всеми потрохами принадлежать своему Символу. И уйти куда-то, когда 90 % времени у тебя на руке Теневая Метка, и за любое непослушание тебя могут прирезать на месте, довольно, сука, тяжело.
А что до Пункта — это очень даже неплохо. Хорошо, что он решил наградить тебя сегодня. Так сказать, по горячим следам того, что сегодня случилось. Завтра бы эмоции уже улеглись, и Символ бы искренне считал, что если нам просто позволят отсюда уйти — это уже будет более, чем щедрая награда. Хотя это уже, надо признать, как повернулось бы у него настроение. Так-то обычно Символы стараются не обижать тех, кто поклялся им в верности своей шкурой.
— Как же мне повезло, — сев на свою постель, Сареф посмотрел на гнома и улыбнулся, — как же мне невероятно повезло, что я встретил тебя, Бреннер. Кто бы мне ещё всё это рассказал? Кто бы меня ещё всему этому научил?
— Слушай, Сареф, — гном подбросил вверх кинжал и ловко его поймал, — вот за это тебе сегодня и пытался пояснить этот эльф. Я тоже, на самом деле, рад, что встретил тебя. И благодарен тебе за свой язык и за возможность впервые за двадцать лет чувствовать себя нормальным. Но… понимаешь, если ты постоянно проговариваешь это вслух — то начинаешь казаться другим неуверенным в себе, что есть верный признак слабости. Поэтому с такими речами себя лучше лишний раз сдерживать.
Эти слова больно зацепили Сарефа. Ничего не ответив, он упал на кровать и съел второй Высший Пункт развития. Те же самые вещи говорил ему демонёнок Хим. Но он никак не мог этого принять! Почему так?!
— Надеюсь, ты не сильно расстроился? — спросил гном.
— Просто… это несправедливо, — процедил Сареф, — всю жизнь я рос в этом проклятом клане — и всю жизнь мне не было дела ни до кого из них. А теперь, когда в Системе наконец-то появились те, на кого мне не наплевать, я даже не могу лишний раз сказать им, как много для меня значит их дружба.
— Мне ты можешь говорить что угодно, — усмехнулся гном, со странным сочувствием глянув на Сарефа, — главное, в присутствии посторонних сильно не распинайся. Потому что сам же вспомни этого мальчишку-ворюгу. Был он тебе благодарен, что ты за него заступился, что ты его накормил и так далее? Да чёрта с два! Он решил, что ты богатенький бесхребетный лошок, и обошёлся с тобой соответственно. Так что… если ты даже с кем-то успешно провернул смертельно опасное дело — не спеши записывать его в список друзей. Не исключено, что уже завтра он плюнет тебе в спину.
— Эрминг — и плюнет в спину? — с сомнением спросил Сареф.
— Эрминг, конечно, не плюнет, — пожал плечами гном, — хотя я бы на твоём месте держался от него подальше. У Тёмных эльфов довольно двинутые понятия о долге жизни, и с них вполне станется сломать тебе ногу, чтобы потом её вылечить и таким образом снять с себя долг. Но гнид и мразей в Системе всё равно хватает, и они тебе неизбежно будут встречаться. И нужно уметь различать, кому можно протягивать руку помощи, а кому лучше не стоит.
— Понятно, — прохладно сказал Сареф.
— Не обижайся, мальчишка, — лукаво сказал Бреннер, — ты же понимаешь, что я тебе всё это говорю потому, что тебе повезло меня встретить. И что никто, кроме меня, тебе этого больше не скажет и не объяснит.
