Между актов полностью

Этти Спрингет тоже слегка покоробило. Да, дети возили в копях тележки с углем, и был подвальный этаж, зато папа после ужина читал им вслух Вальтера Скотта, и не допускались ко Двору разведенки. Ах, как все это сложно! Уж скорей бы начинали новую сцену. Хочется, уходя из театра, знать все-таки, что тебе показали. Конечно, тут всего-навсего сельская постановка… Вот, новую сцену уже готовят, ящик покрыли красным сукном. Она прочитала в программке:

– «Пикник. Время действия – около 1860 г. У озера. Действующие лица…»

Она запнулась. По террасе расстелили простыню. Озеро, по всей вероятности. Грубо намалеванная зыбь – стало быть, вода. Зеленые палки – камыш. И очень красиво – над простыней носились настоящие ласточки.

– Минни, смотри! – не удержалась она. – Настоящие ласточки!

– Ш-ш, – ее призвали к порядку. Уже начиналось действие. На берег озера вышел молодой человек в брюках со штрипками, в бакенах, со стеком.

Эдгар. …Разрешите, я помогу вам, мисс Хардкасл! Вот так!

Помогает мисс Элеанор Хардкасл, девице в кринолине и капоре, подняться на холм.

Мгновение оба стоят, слегка задыхаясь, молча любуясь видом.

Элеанор. Какой махонькой кажется церковь, там, между деревьев!

Эдгар. Это Утеха Путников, место встреч.

Элеанор. Пожалуйста, мистер Торолд, закончите свою мысль. Вы начали говорить, но нам помешали. Вы сказали: «Нашей целью в жизни…»

Эдгар. …должна бы быть помощь ближним.

Элеанор (глубоко вздыхая). Как это верно – как это глубоко верно!

Эдгар. Зачем вздыхать, мисс Хардкасл? Вам-mo не в чем себя укорить. Вся жизнь ваша отдана на служенье людям. Нет, я думал о себе самом. Я уж немолод. В двадцать четыре года увянул жизни лучший цвет. Юность моя миновала (бросает камешек в воду), как эти круги на воде.

Элеанор. Ах, мистер Торолд, вы не знаете меня. Я не то, чем кажусь. Я тоже…

Эдгар. Не говорите так, мисс Хардкасл… нет, я не могу этому поверить… Вас тоже посещают сомненья?

Элеанор. Хваление Небу, нет, не то… В неге и холе, под верной защитой родительской ласки, не зная забот и печали, какой вы меня знаете, какой вы меня видите… Ах, что же это я говорю? Да! Была не была! Я должна вам сказать всю правду, пока не пришла матушка. Я тоже стремлюсь обращать язычников!

Эдгар. Мисс Хардкасл! Элеанор!.. Неужто! Могу ли я надеяться? Нет! Вы так молоды, так невинны. Подумайте, я вас молю, прежде чем дать мне ответ…

Элеанор. Я уже думала… стоя на коленях!

Эдгар (вынимая из кармана кольцо). А тогда… моя маменька заклинала меня на смертном одре отдать это кольцо только той, для кого всю жизнь провести в африканской пустыне, среди дикарей, было бы…

Элеанор (берет кольцо). …высшее блаженство! Но – ш-ш-ш. (Прячет кольцо к себе в карман.) Это маменька! (Отпрянула от Эдгара.)

Появляется миссис Хардкасл, корпулентная дама в черном бомбазине, верхом на осле, которого ведет под уздцы почтенный господин в охотничьей войлочной шляпе.

Миссис X. О, вы обогнали нас, молодые люди. Бывали времена, сэр Джон, когда мы всегда первыми добирались доверху. Не то теперь…

Он помогает ей спешиться. Сбегаются дети, юноши, девушки, кто с корзиной, кто с рампеткой, с подзорными трубами, с ботанизирками. Возле озера расстилают плед, и миссис X. и сэр Джон садятся на походные стульчики.

Миссис X. Кто чайники наполнит? Кто щепок соберет? Элфрид (маленькому мальчику), не носись так за бабочками, у тебя голова закружится… мы с сэром Джоном распакуем наши корзины вон там, где сгорела трава, где мы в прошлом году пировали.

Молодежь разбегается кто куда.

Миссис X. и сэр Джон заняты корзиной.