– Мне кажется, – серьезно начала Алиса, окинув взглядом приглашения, что лежали на журнальном столике и ещё не были подписаны, – это отличная возможность помирить их. Романтичная атмосфера, близкие люди вокруг… Давай хотя бы попытаемся? Я знаю, что только ради моей свадьбы Женя мог бы прилететь из Канады. И знаю, что на
– Что, прости? – хрипло произнес Евгений, с трудом открывая глаза. Арсений, набирая Женю, забыл о том, что, когда в Москве два часа дня, в Ванкувере – четыре часа утра.
Мельников ещё раз повторил просьбу, правда легче Громову не стало. Даже днем он воспринял бы такое с удивлением.
– Сильно я тебя головой о стену приложил … – хмуро отозвался он, вспоминая драку в Америке.
– Женя, – серьезно произнес Арсений, которому этот разговор тоже не приносил удовольствия, – этого хочет Алиса. Она скучает по тебе. Ты ей дорог.
Громов молчал несколько долгих секунд. Он тоже скучал. По всем.
– И если она дорога тебе, то ты сделаешь это ради неё. Мы оба её любим. Давай сделаем её счастливой в этот вечер.
– Я буду.
Арсений выдохнул с облегчением и уже собирался завершить разговор, но Евгений решил поинтересоваться:
– А кто будет свидетельницей?
Мельников набрал воздуха, чтобы ответить.
– Ну, просто, – не дал сказать Громов, решив отвести подозрения, – есть такая традиция – чтобы брак молодоженов был крепким, свидетель и свидетельница должны…
– Моя сестра, – оборвал Мельников, пытаясь придать голосу максимальную строгость.
Евгений разочарованно вздохнул.
– Понял. Похоже, вашему браку не суждено быть крепким…
Таня вернулась домой с неудачной тренировки и устало откинула в угол прихожей спортивную сумку.
Глотком свежего воздуха стал звонок Алисы, с которой они успели сблизиться. Оставив карьеру спортсменки, она часто приходила на тренировки к Арсению, помогая и консультируя. Учитывая большой и успешный опыт, любое замечание было ценным. Алиса не цеплялась и не вредничала, как это было когда-то давно, когда Таня встала в пару с Женей, а сама она тонула в отчаянии и боли после аварии. Теперь она искренне стремилась помочь и улучшить технику Тани и Ильи.
– Привет! – обрадовалась Таня, одной рукой прижимая телефон к уху, а другой снимая пальто.
– Таня, ты будешь моей свидетельницей на свадьбе? – с волнением начала Алиса, решив пропустить дежурные вопросы о делах и перейти сразу к главному.
Алексеева замерла в прихожей, посмотрев на себя в большое зеркало. Она понимала, что в любом случае была бы приглашена на свадьбу. Браком сочетался тренер, давно ставший другом, и Алиса, которая плавно, но становилась близка. Так почему бы и не ощутить себя в новой роли свидетельницы?
– Да, наверное, – несмело ответила она, пожав плечами. – А кто… свидетель?
В душе Тани зародилась надежда, что им станет Громов, но она помнила, при каких обстоятельствах они все виделись в последний раз, и знала, что Женя до сих пор не вышел с Алисой на связь, а потому надежда эта была призрачной.
– Сенин друг детства, – улыбнулась Алиса, радуясь, что Таня задала этот вопрос. – Их… Многое связывает.
– Ясно, – апатично вздохнула Таня, чувствуя, как внутри что-то разбивается на мелкие кусочки. Что-то, что зовут «надеждой».
Свадьба Алисы и Арсения должна была состояться в ресторане одного из лучших отелей Москвы. Регистрировать брак в душном ЗАГСе Алисе совсем не хотелось, а провести торжество на улице не позволяла погода. В первый день зимы в столице стояла промозглая, неприятная погода, что зимней была лишь номинально. Это всё ещё оставался противный, грязный ноябрь. Отсутствие снега только усугубляло и без того серо-коричневые виды из окна. Однако панорама с двадцатого этажа, где располагался ресторан, была красивой и впечатляющей. То ли потому, что таким был вид на центр Москвы сам по себе, то ли потому, что с этой высоты не было видно того, что творилось на улицах.
– Он не приедет, – Алиса стояла у окна в изящном свадебном платье и нервно крутила на пальце кольцо с изумрудом, тревожно вглядываясь в тяжелые серые тучи, сгущающиеся над Москвой.
– Отставить панику! – скомандовала Ксюша, заходя в номер.
Беременность, вкупе с типичным мандражом в духе «а вдруг Сене не понравится платье» только отягощали эмоциональное состояние Алисы, тело которой била мелкая дрожь. Она чувствовала себя счастливой, но в то же время понимала, что для полной радости в этой огромной и красивой картине недостает всего лишь одного кусочка пазла. Вернее двух.
– И Тани нет… – прошептала Алиса, опуская взгляд на московские оживленные магистрали.
– Наверняка они уже здесь… – пожала плечами Ксюша, разговаривая с Алисой как с маленьким доверчивым ребенком. – Просто они… Застряли в лифте!
Ксюша ласково положила ладони на обнаженные плечи Алисы, желая поддержать и расслабить.
– И что они делают там, в лифте? – поинтересовалась она, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке.
