И без того бледный Илья, кажется, побледнел ещё больше.
– Метр восемьдесят три, – неловко ответил он.
– Он даже для тебя низковат, – констатировал Громов, прожигающе посмотрев Тане в глаза. Присутствие Ильи рядом его нисколько не смущало.
– Может, вам линейку принести? – попыталась разрядить обстановку Алиса, бросив осуждающий взгляд на Евгения. – Ещё кое-чем исконно мужским померитесь?
– Боюсь, что и тут я выиграю, – бесстыдно улыбнулся Громов, делая глоток шампанского. – Да, Таня? – он заинтересованно выгнул бровь.
– Откуда мне знать? – неопределенно пожала плечами она. – Нас связывали только рабочие отношения.
Улыбка с лица Громова пропала. Таня же наоборот очаровательно улыбнулась и заметила одобрительный кивок от Алисы. Евгений осушил бокал шампанского, поставил его на стол, а затем выразительно посмотрел на Татьяну.
– Потанцуем?
Меньше всего Тане хотелось остаться с Женей наедине.
– Не потанцуешь с партнером? – приподнял брови Евгений. Однако такая формулировка оставляла Тане лазейку.
– С радостью потанцую! – чуть приподняла подбородок она, а затем взяла Илью за руку. Томилин дернулся, когда увидел испепеляющий взгляд Громова, направленный на него и прожигающий насквозь.
И если бы взгляд мог убивать, то Илью уже выносили бы вперед ногами.
– Нет, – качнул головой Евгений. – Таня потанцует со мной.
Илья нервно кивнул, отпуская руку Татьяны, и даже сделал неловкий шаг в сторону.
– Тогда тебе стоило уточнить, – начала Таня, собрав всю смелость, которую только что растерял Илья, – что танцевать я должна с
Удар почти ниже пояса. Однако Громов его стерпел и протянул Татьяне ладонь. Ей, конечно, хотелось схватить подол платья и выбежать из зала, а затем и из Министерства, но такой возможности не было. Пришлось вложить свою ладонь в руку Евгения и направиться с ним в центр зала под медленную живую музыку.
– Что-то я не помню его на Олимпийских Играх, – нахмурился Громов, делая вид, что пытается вспомнить был ли Илья в Канаде. – Но, видимо, всему виной мой
По акценту на этом слове Таня поняла, что Жене в красках рассказали о том, какими аргументами она пользовалась, чтобы ей дали другого партнера.
– Его новая партнерша – Олимпийская чемпионка, – с долей гордости произнесла Таня, когда они оказались в центре зала и были вынуждены повернуться друг к другу лицом. – Пусть привыкает к обществу лучших спортсменов страны.
Татьяна ощутила знакомый и родной запах. Запах Жени. Смесь аромата дорогого парфюма и запаха кожи. Таня поняла, что, если бы у неё была возможность, она и вовсе перестала бы дышать. Нельзя было поддаваться чувствам, а этот аромат дурманил и разжигал внутри какое-то инстинктивное, с трудом контролируемое желание просто взять и прижаться к нему.
– Да ты заговорила прямо как…
– Ты, – кивнула Таня, пристально рассматривая Женю и понимая, что эта фраза ему совсем не понравилась. – Приятного в этом мало, да?
Громов в ответ промолчал и собственнически опустил ладони на талию Тани, начиная танец. Таня положила ладонь левой руки ему на плечо, а вот с правой пришлось помучиться. Неприятные ощущения в больной руке сохранялась и усиливалась даже при легких движениях кистью.
– Ну же, Таня, положи вторую ладонь мне на плечо, – чувствуя подвох, произнес Евгений и едва прищурился.
Алексеева медленно положила правую ладонь на его плечо, и Громов заметил, как от боли дрогнули губы, которые она тут же постаралась растянуть в улыбке.
– Куда ты лезешь, Таня? – покачал головой Евгений, и глаза его налились ещё большим холодом. – Ты убьешься. Ты боялась поддержек со мной, а что будешь делать с ним?
– А что я буду делать с ним – не твое дело, – отрезала Таня, чувствуя, как разговор набирает неприятные обороты.
Такой ответ, показавшийся несколько двусмысленным, Громова разозлил. Он сильнее сжал ладони на талии Татьяны, теснее прижимая к себе.
Представителям других видов спорта на импровизированном танцполе в центре зала было немного непривычно. А вот фигуристам, что с детства развивают не только тело, но и слух, а также чувство ритма – вполне комфортно. А танец бывших партнеров и вовсе смотрелся так, будто был заготовлен заранее, как и программы, которые они катали на льду. Их тела хорошо привыкли друг к другу. Они танцевали, не думая о движениях ног. Они отдаленно слышали музыку и просто двигались в одном ритме.
– Ты тоже боишься, что он убьет её? – нервно поинтересовалась Алиса у Ксюши.
– Или она его, – кивнула Ксения, смотря на бывших партнеров и с трудом сдерживая желание поднести ладонь к губам, чтобы вернуться к давно побежденной пагубной привычке и начать грызть ногти от переживаний.
– И я боюсь, – вырвалось у Ильи.
Алиса и Ксения переглянулись, а затем бросили на него косой и несколько ошарашенный взгляд.
– Сколько сейчас весишь? – строго спросил Громов. От того, чтобы сорваться на крики и выяснение отношений его сдерживала только утонченная красота Тани, которой он любовался в перерывах между фразами. Однако то, что Таня похудела, было очевидно. И это же совсем не нравилось.
