Где-то глубоко, совсем самым краем сознания, она чувствовала, что это её шанс вновь попытаться вернуться в спорт. Вновь вернуться к Жене. Но, к своему же удивлению, Алиса больше испытывала гнев и раздражение, которые с трудом могла подавить, с ужасом размышляла о том, что сама могла бы быть на месте Тани – проснуться в один далеко не самый прекрасный день и узнать, что Громов, без твоего ведома, снялся с важного старта. Но раньше Калинина не замечала за ним столь безрассудных решений. Он всегда любил перетянуть одеяло на себя, но нынешний поступок выходил даже за рамки понимания Алисы, что провела бок о бок с Женей десять лет и всегда старалась оправдать.
– Понимаю, – сдержанно ответил Громов, притормозив и пытаясь найти свободное место.
– Я могу понять, что ты решился на это из-за её травмы. Правда, могу. Это даже правильно и в некотором смысле благородно, – продолжила Алиса, отстегнув ремень безопасности и развернувшись к другу. – Но ты ведь мог обсудить это с ней, прежде чем ломиться в Минспорт!
Громов страдальчески вздохнул, а затем, среди свободных мест, выбрал то, что было рядом со скромным черным автомобилем Мельникова. Алиса, заметив его машину, едва заметно улыбнулась, радуясь, что в машине Громова, как и за окном, царит полумрак, и он не сможет разглядеть её эмоций. Она предупредила Арсения, что будет на балу с Женей, но тому это совсем не понравилось. Мельников давно порывался рассказать Громову об их отношениях, но каждый раз Алиса упрашивала подождать ещё немного.
– Молчишь? – укоризненно посмотрела на него Алиса. – Стыдно стало, Громов?
– Не донимай меня. Я думал, что хотя бы ты будешь на моей стороне, – устало ответил Евгений, откинувшись на подголовник сидения, будто не собирался покидать машину.
Калинина оскорбленно дернула бровями.
– Я на стороне здравого смысла, которым ты, судя по всему, перестал обладать! – разозлилась она, спешно открывая дверцу автомобиля и выходя на улицу. Евгений был вынужден последовать за ней. Наклонившись к бардачку, он вытащил оттуда красный футляр, на котором золотыми буквами было указано название французского ювелирного дома, и покинул машину. Поравнявшись с Алисой, галантно взял её под руку, и тут же получил в ответ приободряющую улыбку. Как бы сильно Алиса ни злилась на Громова, всё же он был по-своему родным человеком, близость с которым вызывала положительные эмоции и воспоминания о былой головокружительной – в прямом и переносном смыслах – карьере.
– Ну что, мы сегодня снова Калинина/Громов? – улыбнулась она, когда Евгений открыл массивную белую дверь, пропуская вперед.
– Похоже, что так, – задумчиво ответил он, проходя к небольшому гардеробу и помогая бывшей партнерше снять короткое пальто.
Калинина сразу же поспешила подойти к зеркалу в полный рост, чтобы убедиться, что выглядит хорошо. Евгений с легкой улыбкой отметил, что Алиса стала женственнее. Она перестала коротко стричь волосы, отпустив их до плеч, стала интересоваться своей внешностью и в длинном, элегантном темном платье смотрелась потрясающе. Громов пришел к выводу о том, что этому поспособствовала жизнь вне спорта.
– Ты чудесно выглядишь, – искренне констатировал он, подойдя ближе, и по старой привычке приобнял за талию.
– Давненько мы так не выглядели, – с улыбкой подметила Алиса, посмотрев в зеркало. Это снова были Калинина и Громов – шестикратные чемпионы Европы, трехкратные чемпионы мира, бронзовые призеры Олимпиады и люди, что провели в тесном контакте десять лет. И эти годы то тянулись бесконечной цепью изнурительных тренировок, то пролетали как один миг ослепительной вспышкой мирового триумфа.
– Прошу, – Евгений согнул руку в локте.
– Благодарю, – Алиса сделала шутливый реверанс, а затем с радостью ответила на жест.
В большом зале был приглушен свет, а вдоль стен раскинулись столы с закусками и алкоголем, который был проигнорирован большинством спортсменов. То ли потому, что не у всех ещё закончился сезон, то ли из желания выглядеть заядлыми адептами спортивного режима в глазах многочисленных представителей Министерства Спорта.
Алиса сразу же обвела всех присутствующих взглядом и нашла Арсения. Тот был одет в строгий черный костюм, не многим отличавшийся от тех, что надевал каждый день на работу, и, заметив Алису, на мгновение отвлекся от беседы с одним из лыжников. Он дернулся, чтобы подойти, но вдруг одернул себя, понимая, что рядом с ней Громов.
Калинина едва заметно кивнула ему в знак благодарности и виновато улыбнулась.
В груди Евгения что-то болезненно треснуло – Татьяны среди присутствующих он не обнаружил.
Из фигуристов здесь были только Алиса и Евгений. И теперь Громов надеялся, что придет хотя бы Ксения, так как через неё можно попытаться выведать информацию о Тане и её местонахождении.
– Нервничаешь, Ромео? – с теплой улыбкой поинтересовалась Алиса, взяв со стола бокал с шампанским.
