– Подсудимые, свидетели, заседатели! – он громким пронзительным голосом, похожим на стрекотание сороки, продолжил. – Попрошу всех вести себя прилично, отвечать на вопросы честно и по сути дела!
Суд проходил стоя. Стражники указали всем места их стояния. Юноши увидели магнатов Августоса и еще нескольких – владельцев оливковых, хлопковых, зерновых и тростниковых полей. Их лица и здесь оставались высокомерными. После приветствия Венеции, Дожей и Ордена, Чинтани продолжил:
– Сигноре Алессандро Армандо, Вы являетесь обвинителем, Вам слово.
– Приветствую всех вас, собравшихся здесь, в Паллаццо, на суд истины. Я собрал доказательства по факту хищения из Венецианской Казны, направленной на построение Каза де Армы. Строительство ее откладывается уже долгое время по неизвестным причинам, хотя уважаемый Дож Якопо Тьеполо вместе с консилиариями издал указ и выделил средства. Более того, средства, выделяемые на содержание ополчения Ситии не доходили до адресата. – его речь была харизматичной, четкой и краткой. – Мы с командиром Тарросом, прибывшим по приказу Дожа из Кандии сюда для решения проблем здешнего гарнизона, проделали объемную операцию по установлению личностей казнокрадов. Ими являются местные магнаты, наживающиеся за счет доблестной Республики Венеция! Я считаю недопустимым такое отношение к колониальной политике, проводимой Сеньорией Венеции во главе с Дожем и прошу Вас, Сегноре Чинтани, принять меры и наказать виновных.
– Благодарю, Сегноре Армандо. Скажите пожалуйста, почему Вы взялись за это дело? За ним был закреплен Сегноре Леонардо, местный юрист.
– Я не мог пройти мимо этого вопиющего масштабного преступления. С позволения Сегноре Леонардо я принял вызов – местная аристократия или цветущая колония. – сказал Алессандро.
– Ясно. И так, что Вы имеете? – спросил судья.
– Вот, пожалуйста. – Алессандро передал накладные, счета отчислений из казны и досье с имуществом на каждого обвиняемого. Там же был и Яннис – фигура мелкая, но знающая каждого практически всю жизнь.
Чинтани внимательно изучал свитки со своими советниками. Его глаза удивлялись, скользя по написанному. Наконец, он обратился:
– Сегноре Алессандро, где по-Вашему, счета за последние годы – здесь только период двух лет.
– Мне сказали, что в местном архиве казны был пожар. Но его не было. – поведал Алессандро.
– Есть свидетели?
– Да, это были два греческих чиновника.
– Прошу дать показания! Им слово. – сказал судья и стражник подошёл к свидетелю.
– Я Теофис Папандопулос. – дрожащим голосом ответил первый.
– Вы являетесь смотрителем архива местного казначейства? – спросил судья.
– Да. – он покачал головой.
– И Вы отрицаете факт пожара?
– Нет… – он опустил голову. – Пожар был, но маленький. В жару случилось возгорание, оно перешло на здание с архивными документами, письмами и накладными – мы пытались тушить, но поздно успели. – Оправдывался он, и ложь его была ничтожной.
– Он даёт ложные показания, сегноре! – Алессандро разозлился. – Вы, Теофис, похоже забыли, как недавно говорили совсем другие вещи!
– Я говорю правду! – он обнаглел.
– Хорошо. Спрашиваю следующего свидетеля.
– Я – Касиус Роувас. Я подтверждаю слова Папандопулоса. – сказало второе ничтожество.
– Когда случился пожар? – выкрикнул Алессандро.
– В начале июня, кажется.
– Докажите! Я был там, следов нет! При свежем ремонте остаются следы! Там не свежо уже минимум, дюжину лет! – он возмущался.
– Сегноре Армандо, тишина. Дальше, слушаем дальше. Я прошу командира Тарроса. Назовитесь пожалуйста. – попросил судья.
Таррос заговорил:
– Я, генеральный командир ополчения шести систиер Регнум Кандия, кастеллянин Мегаллокастро. Рыцарь Ордена Святого Марка Таррос Армандо. – спокойно ответил он. Его руки расслаблено лежали одна на другой у живота.
– Какова была Ваша цель прибытия в Ситию?
– Я прибыл с целью модернизировать гарнизон Ситии. Нам нужно сделать акцент на военную подготовку населения. Скоро здесь начнется строительство крепости Каза де Армы. Сейчас Серениссима Венеция ведет боевые действия в Терраферме, с Генуей, сарацинами и другими врагами. Я увидел отвратительное состояние вашей части – это полный позор и провал. – его голос был строг и громок, а взгляд хмур и бесчувствен.
– Командир Армандо. Не в моей компетенции рассматривать Вашу деятельность. Но я могу проинформировать Provveditori о законности Ваших действий… – пробекал судья, подобно ягненку.
– Мои действия не в Ваших полномочиях, господин судья. Я делаю свою работу, а Вы – делайте свою. И местные органы управления не смеют проявлять неуважения к военным. – Таррос не церемонился.
– Пожалуйста, свидетели по делу… – голос судьи стал дрожать.
– Эти юнцы – команда юниоров Каннареджо, отмеченные самим Джакопо Тьеполо, много раз бывали на владениях местной аристократии. Они, под гнетом собственного учителя – военного в отставке, занимались работами у людей, указанных в списке. – Таррос указал на отряд.
– Это не доказательство. – сказал судья.
