– А трусливый щенок что тут делает? – он указал подбородком на Георгиуса, бывшего на голову выше Тарроса
– Это мой оруженосец. – невозмутимо отвечала Эрис.
– Все с тобой ясно, своевольный солдат… – невозмутимый Таррос подошел к Сириусу и потрепал его по холке. Тот радостно начал перебирать передними копытами. Таррос встал перед строем Эрис.
– Каннареджо! Я вызвал вас сюда, потому что мне нужны свежие подготовленные ребята, склонные к авантюрам. Мои солдаты отстроили катапульты за полнедели, а Дож приказал ими не пользоваться – урон обойдется слишком дорого для Венеции. Нам любой ценой нужно захватить Франкокастелло! Жители четырех деревень скрылись внутри от нас. Мятежники, осмелившиеся пойти против Светлой Венеции, убив здешнего командира! Мятежники, захватившие наших земляков в заложники, должны дорого заплатить за свою дерзость! Не слышу?!
– Так точно! – подхватили ребята, обнажив мечи.
– Идите – старшина покажет ваш лагерь. – приказал Таррос. – Вольно. – Таррос развернулся. Он уходил.
– Командир! – обратилась Эрис к нему. Он оглянулся. В его взгляде почти ничего не читалось. – Я прошу Вашего разрешения провести полную разведку сегодня вечером.
– Хорошо. Делай так, как считаешь нужным. – ответил Таррос и зашагал вновь к своей лошади. В груди у Эрис порвалась душевная струна и она ощутила боль.
– За мной! – позвал старшина.
Они подошли к куче свежесрубленных бревен, лежавших недалеко от того места, где сейчас находились остальные.
– Отстроите временные шатры для себя, мои солдаты помогут вам. – сказал он и удалился.
Каннареджо трудились до заката. Они поставили четыре шатра – три для себя, отдельный для Эрис.
Эрис осмотрела лагерь. Он был похож на миниатюрный городок. Многочисленные шатры раскинулись ровными рядами. Было разделение на квадраты – девять шатров на двенадцать; которые стояли плотностью в два ряда. В центрах стояла кухня полевого стана. Всего Эрис насчитала около ста тридцати с лишним шатра, в каждом из которых размещалось по пять человек. Она не думала, что все будет так серьезно.
Эрис пришла к своим. Ребята кормили коней. Недолго собираясь, она вышла из своего стана.
– Никон, Аргос, Азариус – за мной! – сказала Эрис, уходя на разведку.
– Можно с вами? – попросился Аннас.
– Пошли. Быстрее!
Закат на море был прекрасен. Милая природа и ее злое порождение – люди.
Они, преисполненые хладнокровия, незаметно приблизились к крепости. На ее вышках были люди. Команда, осторожно продвигаясь по востоку, в роще осматривала каждый метр у стен крепости. Каждый уголок, каждое дерево на предметы человеческих следов – ничто не ушло от их строгого взора.
– Что вы заметили? – тихо спросила их Эрис.
– Ничего. Ничего особенного. – ответили они, продолжая продвигаться с еле различимым треском в колючих зарослях.
– Должна же быть хоть какая-нибудь зацепка… – сетовала капитанша. К поздней ночи ее команда обошла крепость кругом. Люди на вышках не смогли заметить осторожных ребят.
Они были уже в лагере. Оставшиеся парни накормили отсутствовавших принесенным ими ужином.
Эрис разожгла костер, предварительно повторив устав лагеря перед прикрепленным к ним старшиной.
– Ребята, совет! – Эрис собрала всех у общего костра. – Что вы видели?
– Мы не видели ни малейших следов человека сзади крепости, сестра… – сказал Никон угрюмо.
– Ни сломанного прутика…
– Ни следов жизнедеятельности.
– Плохо смотрели! – разозлилась Эрис. Она с пять минут посидела молча и задумчиво. – Не кажется ли вам, что озерцо сзади у крепости, находящейся возле моря – лишняя штуковина? Совсем не к месту – только сырость и комары?
– Что ты хочешь этим сказать, сестра? – спросил Атрей.
– Убитый командир унес с собой тайну этой крепости. А мы ее разгадаем. – ответила Эрис. – Ее неспроста построили у озера.
– Вода. Им нужна вода. – сказал Элиут.
– Проглот. Это тебе всегда нужна вода и еда. – нагрубил Аргос.
– Воду можно взять и из-под земли. Тем более у озера не наблюдается ничего сверхъестественного. – сказала Эрис. – Сегодня отдохнем, а завтра ночью продолжим. Ясно?
– Да. – послышалось отовсюду.
– Всем спать. Отбой. – скомандовала Эрис.
Таррос закончил дела с солдатами и вошел к себе. Его грудь разрывали чувства – обида на весь мир. Как так, его любимая здесь, в полкилометре от него и они не вместе? Что за проклятая жизнь пса на побегушках? Провведиторе теперь стал его частым гостем. Инспектор тайно документировал каждое действие командира. Он знал, что рано или поздно нахальный Таррос совершит видимую ошибку, которую можно будет доказать перед советом. Но, вопреки ожиданиям врага, Таррос привык сдерживать свои желания и страсти. И эта сдержанность ежедневно неизбежно выливается в чрезмерную импульсивность. Он поскорее лёг спать – завтра надо было начинать предпринимать хоть что-то, чтобы приблизить победу. Ему нужно было увидеть капитана Каннареджо, а это самое серьезное испытание для его стойкости.
