– Хорошо. – тетя Татиан глубоко вдохнула. Эрис отпустила ее. Дядя Аркадиус и бабушка Геры вышли на улицу. Они все поняли и молча плакали. Старуха, держа в сухой руке край передника, вытирала слезы с морщинистого лица. Тощий дядька обнял свою сестру.
– Это все эти проклятые колонизаторы! – заорал смельчак в толпе. – На неделе зарубили, гады полтысячи наших!
– Хватай флаг католиков! – с этими словами на Никона набросились несколько юношей и принялись стаскивать его с коня. Эрис быстро схватила свою плеть и ударила их.
– Что вы себе позволяете?! Мы пришли с боя к себе домой! И нам не нравится все то, что происходит на наших землях! – крикнул Аргос на толпу.
– Воистину, увидев своими глазами произвол – мы клянемся защищать своих матерей, сестер и отцов! – воскликнул Софос. – Я отрекаюсь от колониальной армии…
– И этот венецианец – благородный воин! Он – один из войска колонии. И теперь вступил в наши ряды, дабы справедливость восторжествовала! – Эрис указала на Антонио. Он опустил голову. К ним сквозь народ продрался один мужчина:
– Будь они прокляты! Мои кузены видели, как по жаре вели плененных. Толпы девушек и детей привели в порт Ретимнона вчера! Мои кузены работают на оливковых плантациях. Они своими глазами видели таких солдат, как вы!
Эрис стало стыдно. Совесть давила на неё.
– Мы клянемся защищать нашу Родину… – все, что произнесла она. Люди выкрикивали лозунги – дорогу перекрыла толпа. Теперь она увидела своими глазами истинное отношение терпеливых простолюдинов к хозяевам-чужестранцам. Антонио бегал глазами по беднякам. Видно было, что он глубоко сопереживает им. Некоторые плакали…
– Слушайте сюда все! – Эрис взобралась на Сириуса. Она развернула коня к толпе. Ребята сделали то же самое. Было тесновато – ветви деревьев цеплялись за юношей. Эрис попросила народ немного разойтись. Медленно, толпа начала расступаться.
– Мой порабощенный остров! – Эрис громко обратилась к людям и они перестали скандировать.
– Мои земляки! – ее голос звучал громко и воинственно. – Мои угнетенные соплеменники! Мы видели все своими глазами! Я не хочу, чтобы моих земляков подвергали жестоким унижениям! Ваши сыны, – Эрис указала на команду. – Ваши сыновья пришли защищать вас от гнета поработителей наравне с теми, кто уже встал на этот тяжелый путь! Мы пополним ряды сопротивления! Мы – одни из многочисленных защитников Родины, которые самопожертвуют собой в искупление материнских слёз!!! Если есть желающие – пусть идут за нами! – с этими словами Эрис медленно повела коня по дороге, желая поскорее дойти до части. За ней последовали Каннареджо. Молодые парни из толпы зажглись речью. Они знали от своих родителей, куда нужно идти, чтобы стать одним из многочисленного числа повстанцев.
– Сестра, что будет дальше? – спросил Никон, оглядываясь на шумную толпу, оставшуюся сзади.
– Уповаю на Господа. И вы полагайтесь на него. – сказала Эрис. Ее сердце сжималось, но другого пути нет и нет дороги назад. Больше не будет прежней жизни. Это единственное, что ей было известно.
Они пришли в часть. Яннис был уже здесь. Но он не смел вмешиваться в дела остальных. Он молча наблюдал в стороне, как Агафон проводит обучение, лишь изредка напоминая ему все тонкости этого искусства. Юниоры увидели отряд. Каннареджо спешились. Они приближались к полям. Яннис обрадовался, увидев их вместе.
– Эрис, дочка! – Яннис улыбнулся, получив в ответ приветствующий его кивок. – Как вы? Вам удалось выполнить задание?
– Учитель Яннис. Мы успешно справились. Командир остался доволен. – сказала Эрис. – Но теперь недовольны мы – и мы ушли из армии Тарроса.
При этих опасных словах Яннис обомлел от страха. Под недоумевающие взгляды молодежи в запасе, он взволнованно спросил:
– Эрис, что ты такое говоришь?! Ты хоть понимаешь, во что вляпалась?! – его глаза испуганно бегали.
– Мы все это понимаем, учитель. – сказал Аргос.
– Он знает? Таррос знает? – голос Янниса дрожал.
– Он все знает. – четко ответила Эрис. Яннис заметил, что на ее лице появились мужские угрюмые черты. Так случается, когда впервые сталкиваешься с жестокостью войны – лицом к лицу.
– Теперь вы – дезертиры и по закону вам казнь за нарушение клятвы! – воскликнул учитель.
– Я и ребята пришли сюда, чтобы попрощаться со своими. – ее глаза заслезились. Антонио с интересом разглядывал родные окрестности Эрис и ее братии.
Юниоры смотрели на них и проникались их чувством.
– Нет! Мы пришли не только для этого! – воскликнул Софос.
– Мы пришли пригласить юнцов, мечтающих стать воинами ради справедливости, с собой! Знайте – в рядах солдат колонии справедливости и чести не существует! – выкрикнул Аргос, которого боялись.
– И вы почувствуете то же, что и мы, поступив на службу к колонизаторам. Но сбежать шанса не будет. Не будет такой команды, какая есть сейчас у нас. – сказал Аннас.
– Я хочу с вами. – сказал Агафон. – Меня дома ненавидят за то, что я хочу стать солдатом острова. – опустив голову, поведал он.
– В таком случае, кто с нами – говорите! – предложила Эрис громко.
Парни подняли руку – не осталось ни единого человека.
