Между нами война полностью

– Я знал, на что мы идем. И мы уладим этот вопрос. – ответ Тарроса был краток, но излагателен.

Командир, взяв две сотни солдат, направился к границе.

Эрис шла на северо-запад. Туда, где в высоких горах затеряны ветхие кельи монахов-отшельников. Туда, где темные болота раскрывали свои тысячелетние объятия для заблудившихся. Туда, где изумрудные луга чередовались с каменистыми заснеженными вершинами. Где леса заставляли плутать потерявшихся. Но отряд ее не мог дезориентироваться или сбиться с пути – над ними раскинулось огромное небо со своей звездной картой, ведящее сведующего.

– Малик бей. Греки. – произнес Аят, смотря с пригорка на надвигавшуюся колонну.

– К полной боевой готовности! – отдал приказ бей. Доверенные войны стояли вокруг него, сидя верхом на лошадях.

Отряд Тарроса приближался. Тюрки заняли стрелковые позиции.

Гонец никейцев прибыл к Малику.

– Командир Таррос прибыл узнать ваши намерения! – громко и бесчувственно продекламировал он, сидя в седле.

– Наши действия – уходите с конийских земель и будет вам мир. – ответил Малик.

– Командир требует переговоров. Спуститесь в место встречи на нейтральной территории.

Несмотря на огромный риск, Малик бей все же решил пойти на разговор. Встреча его и диоикитиса прошла на узкой полосе земли, формально представляя собой никому не принадлежащую узкую, шириной в тридцать метров, полоску земли.

– Вы взяли в заложники моих людей. Я пришел забрать их. – произнес Таррос в шлеме, пристально смотря на Малика сквозь прорези для глаз.

– Получишь их только тогда, когда уберешься с земель султаната. – ничуть не уступая в наглости, ответил Малик.

Таррос разглядывал своего оппонента. Малик оценивал своего визави.

Обстановка была напряженная. Воздух был заряжен, словно перед вспышкой молнии.

– Теперь эти земли по праву принадлежат Гавриилу – Кириархосу *властедержателю (греч.)* крепости Лефкиаммоса*Белый песок – Белокома(греч.)*, он приобрел их на свои деньги у вашего наместника. Сделка была оформлена по закону при присутствии нотариуса и свидетелей с обоих сторон. И я, как верующий, даю вам срок в тридцать дней, чтобы убраться от сюда. – четко произнес командир.

– Что ты такое говоришь, грек? Когда была совершена сделка? – возмутился Малик.

– Я не бросаю слова на ветер, номад *кочевник(греч.)*. Ознакомься с копией. – Таррос протянул купчую Малику. Прочитав ее, он вскипел от гнева.

– Вы провернули аферу за спиной нашего правителя. И вы дорого поплатитесь за это, грек. – с ненавистью прорычал Малик. Их переводчики стояли и объясняли смысл сказанного военачальниками обеих сторон.

– Не тебе, неимущему, говорить о плате. Ты даже не бей. От тебя отвернулся твой народ. С тобой кучка твоих верных псов. Уходи поскорее, если хочешь сохранить их жизнь. – буднично сказал командир, зная обо всем от Дархана.

– Я уведу своих воинов. Но скоро приведу солдат султана. И тогда ты не сможешь сохранить свою. – сказал Малик.

– Я сделаю так, что вы сами сбежите отсюда, Малик бей. – ухмыльнулся Таррос, сверкнув зубами. – Поверь мне.

– Тюрки никогда не продают то, что взяли когда-то ценой собственной крови. Теперь это наша земля. И мы не отступим. Аллах со справедливыми правителями, а не с нечестивцами и притеснителями. – сказал бей, узнавший о положении бедствующего народа от Эрис.

– Господь ненавидит тех, кто нарушает обеты и срывает совершенные сделки. Ты знаешь это не хуже меня. И я буду судить по тебе, смотря на твои поступки, а не имя. Даю месяц. А сейчас – верни захваченных тобой капитана Леона и его людей, тюрок.

Бей не мог поступить иначе. Бумага показала, на чьей стороне закон. Всего один листок. И злобу воинов пришлось на время обуздать.

– Аят! Веди сюда христиан. – приказал Малик.

– Правильный выбор, сарацин. – отозвался Таррос.

– Не блистай ораторством предо мной, грек. Не то в следующий раз нечем будет говорить. Я тоже не нарушаю заветов, как и ты.

– Не демонстрируй мне свой гонор. Лучше бы показал себя перед монголами, от которых вы бежите, как крысы от кошек. И которые настигли вас и проникли в ваши дома. А вы молча наблюдаете.

– Я хочу посмотреть на тебя, когда монголы придут к стенам твоей крепости, грек.

– Они не дойдут. Ведь между нами и ними есть такой сильный воин. А если и дойдут, то тогда сделают это, переступив через твой труп, Малик бей. – Таррос явно издевался. Малик не желал, чтобы разговор дошел до битвы. Ведь это могло случиться в любую секунду. Им обоим следовало бы быть аккуратнее в выражениях.

– Перед тем, как я отдам тебе капитана, покажи, что он написал тебе.

– А ты что, не видел? – удивился Таррос.

– Не задавай вопросов.

– Мухаммедянин. Ты прямолинеен. Не стесняешься выглядеть смешно. – Таррос показал свиток Малику. Тот не заметил ничего подозрительного. Только одно имя.

– Забирай своих и уходи. И молись, чтобы Султан признал вашу сделку законной. Иначе первая голова, которая упадет на землю – будет твоя, Таррос.

– Посмотрим, Малик, чья голова упадет первой. – ответил Таррос, забирая Леона и его солдат.