– Она не сельджук. Ни кыпчак. Она прекрасно говорит на нашем языке. – ответил Леон, опустив голову. – И по итальянски поняла. Я написал Вам. Я хотел пасть во имя Христа. А она порвала письмо…
– Чёрт. Кто такая?! – Тарроса возмутили слова капитана.
– Не знаю. Может гречанка. Не знаю, командир. Ее воины дисциплинированы и послушны. Она сурово командовала ими, очень быстро захватив наших людей.
– Дрянь. Я лично спущу с неё шкуру. – пригрозил Таррос. – Опиши мне её. – он отвернулся от солдат и начал сосредоточенно слушать, смотря в пол.
– Высокая, стройная девушка в их легких доспехах. Светлое, на первый взгляд кажущееся добрым, лицо, черные брови, пронзительные зеленые глаза. Приятный, громкий голос. Наглая и требовательная. Прекрасно держится в седле, на черном коне…
– Заткнись. Этого достаточно. – оборвал его Таррос. Ему стало тошно. Все слова словно описывали его мертвую жену. Но та была мертва. И Тарросу стало любопытно, кто же такая эта вражеская женщина, осмелившаяся взять в плен его воинов. Но мысли об Эрис заставляли его сторониться тюркской воительницы.
– Значит, эти пастухи баранов украли невесту Гавриила. Интересно. – заключил Таррос. – Нужно съездить к Дархану.
Если тюрки не уйдут, Леон, мы нападем. А они – не уйдут. Десять дней на заключительную подготовку. Воля Армана исполнится, если совпадет с волей Божьей, мой нищий брат… – произнес тамплиер.
Малик, отправив в поход разделенных воинов под предводительством Аята, Аскара, Тюркюта и Тогана, спешил в Конью. На границе было мало защитников. Могло бы произойти бедствие. Султан Гияс-ад-Дин должен был вернуться с грузинской женой на днях.
– У меня срочное сообщение для Его Величества Султана. – его встретили при дворе заместитель визиря. Малик написал все на бумаге. – Передайте это лично в руки Султану Кей Хосрову. От Малика. Воина Аллаха под флагом его величества.
Досада посетила Малика, не обнаружившего правителя. Он бродил по Конье, не зная, что предпринять. Малик решил переночевать в главной мечети.
– Всевышний Аллах… Помоги мне. Помоги, Господи… – повторял про себя воевода.
Был почти вечер. Гонец летел по городу, призвав жителей центральной улицы выйти и приветствовать правителя и его новую жену.
– Аллах, нет мощи и силы ни у кого, кроме Тебя. Ты услышал мои молитвы! – он склонился в земном поклоне. Малик помчал ко дворцу.
Мария уже пару дней жила с мамой Аминой и Фатимой. Она не выходила из шатра. Девушка ждала свадьбы с тюрком. Но военное положение заставило солдата умчаться на задание. Ее приезд был тайный. Вездесущие сплетники выяснили, что Тюркют привез невесту – гречанку. Дархан был в ярости, но молчал. Их сделка с Гавриилом сделала из него и сообщников богатых людей. Но пока что приходилось делиться с многочисленным народом, иначе можно было плохо кончить за пустословие.
В караван-сарае Шахристан, что на границе, как всегда собирались самые отчаянные представители всех народностей. Купцы и караванщики, дервиши, монахи, паломники, разбойники, воины, мошенники. И такие, как Таррос. Которым нечего терять, кроме собственной жизни. Но перед смертью, во искупление грехов, греческий диоикитис решил во что бы то ни стало закончить свою нехорошую миссию.
– Дархан. Известно ли тебе что-нибудь о девушке-гречанке. – он задал этот вопрос бею с двумя смыслами.
– О какой из них ты говоришь? – ему стало интересно.
– А сколько их среди вас?
– Слова – золото. Заплати, и я – скажу.
– Все-таки ты – продажная шкура. Маму свою тоже продашь? А? – спросил Таррос, кидая в руки Дархана монету.
– Моя мама – древняя старуха. С неё песок сыпется. Никто её не купит. – он расхохотался, вызвав отвращение командира.
– Бастардос. Атхлиотита
– Недавно воин привез девушку. Не тюркских кровей, как говорят. Не наша.
– Откуда знаешь, что не ваша?
– Девушку прячут от лишних глаз. В шатрах мамы Амины и жены Малика.
Таррос улыбнулся. Он точно знал, что это была Мария.
– А вторая – кто? – спросил Таррос.
– А вторая… Лучше с ней не связываться. – помотал головой Дархан.
– Что же так?
– Она – одна из лучших воинов Малика. Тоже не из наших народов.
– Откуда взялась? – Тарросу казалось, что он сейчас сгорит от нетерпенья.
– Малик купил ее более пяти лет назад. Рабыню. На рынке в Конье. Ее почти не видать – все время на войне. Дерзкая девушка чуть не прирезала нашего дружка Кутлуджу, когда того уже объявили главным беем. – он захихикал. – Видел бы ты его рожу, когда она столкнула его с платформы перед народом.
Тарроса неудовлетворил несодержательный ответ Дархана. И это слишком банально – купить воина на рынке. Все же, слова тюрка вошли занозой в его душу.
– А откуда именно она, та воительница? Славянка, гречанка, кто? – медленно спросил он.
