Они встали друг против друга. Таррос в душе тайно питал надежду на то, что сегодня он наконец-то отправится к своей Эрис.
– Я, как и обещал, привел солдат Султана, грек. Мы будем стоять на смерть и не дадим вам перейти черту. – крикнул Малик.
– Я, как видишь, тоже сделал то, что сказал. Целых тридцать дней, а вы не убрались. Глупо, Малик, глупо. Твой голубоглазый сынок будет скучать по тебе. – он ударил Малика в самое сердце.
– Подлый неверный. Я в последний раз предлагаю тебе мирное решение проблемы. Ты сказал, что веришь в Бога. Он не любит тех, кто посягается на чужое. Отступи, и я оставлю тебя в живых. – пригрозил Малик.
– И не подумаю. – Таррос кинул взгляд на окружение Малика. Он не увидел ни одной женщины.
Малик еле-как сдерживал себя в руках. Но он не мог нарушить приказ Гияс-ад-Дина. У него создалось чувство, что султан просто-напросто использовал его, подставив.
– Ты меня плохо знаешь, Малик. Я не имею против тебя ничего плохого. Я отстаиваю интересы главы. – спокойно сказал Таррос.
– Я тоже. Если ты не нападешь, я буду стоять здесь и охранять границу. Если нападешь, разорву вас на части.
Таррос готовился к рывку. Если бы не препятствие.
Гонец примчался к воеводе акынджи с хорошими новостями. Гонцы Эрис прибыли в Баяты. Они принесли вести о победе. И теперь прибыли сюда, на границу. Воин тихо сообщил вождю новости.
– Дина абла докладывает, задание выполнено – монголы ликвидированы. Скоро в Баяты прибудут трофеи, плененных приведут сюда.
– Слава Аллаху. Слава тебе, Господи. – сказал Малик бей себе под нос. – А где она сама? Почему не прибыла?
– Дина абла ушла на подмогу Аяту, отпустив половину людей. Она сказала – хочешь жить для себя, живи для других.
– Это похоже на неё. – он довольно покачал головой. – Они разобьют и тех, Иншааллах.
Таррос смотрел на Малика. Какая-то неведомая сила держала его меч в ножнах. Наваждение.
– Ему говорят, что женщина во главе отряда ликвидировала около тысячи монголов и ушла на подмогу к своим, сказав фразу: "Хочешь жить для себя – живи ради других."
Эта фраза принадлежала Сенеке Старшему. Эрис любила его мысли. Таррос помнил об этом. Его вновь посетило смятение. Заноза в груди зашевелилась. – переводи дальше, Тео.
– Трофеи и половина выживших идут в поселение. Теперь его сестру зовут Волчица. Вожак стаи. А не слишком ли много имен? – он прислушивался к каждому слову, дословно пересказывая командиру.
– Что ты говоришь, повтори Тео?
– Я говорю, три имени. То есть, Малик так сказал. Они рады, что монголы разбиты и сейчас обсуждают командиршу, сделавшую это, диоикитис. Они назвали ее Серая грива. Так тюрки называют вожака волчьей стаи. А Малик сказал, что три имени для одного человека – много. Но ему нравится.
– Какие три имени?
– Он не назвал. Абла говорит. Сестра, по-ихнему. – Тео, переводчик, говорил прямо – не преукрашая и не добавляя.
Настроение Тарроса совсем испортилось. Гонец отъехал. Они вновь встретились взглядами.
– Малик. Уходи с нашей дороги!
– Мы должны объединится против общего врага. У наших правителей общие интересы и военный союз. Мы должны разбить монголов. Из-за тебя я не пошёл на помощь своим подопечным, Таррос.
– Они и без тебя справились, как я понял. Кстати, поздравляю. – сказал Таррос. – Но наши переговоры зашли в тупик.
– Нет еще. Что ты хочешь сделать с этими землями?
– Архонт хочет взымать налоги с караванщиков. Мои люди будут патрулировать эти места и защищать торговцев от разбойников.
– Первое – отвратительно. Второе – хорошая мысль. Но я не в праве отдавать тебе земли. Предлагаю справедливый компромисс – разверни свою деятельность, не трогая местных жителей. Не выгоняй их и не притесняй. Земли принадлежат Султану. Но раз тагаур
– Он купил не для того, чтобы отдать.
– Таррос. Подумай над моим предложением. Я могу передумать.
– Отставить готовность! – ораторство Тарроса исчезло. Он поднял меч и приказал отступить. Леон не понял его действий. Странная боль сковала сердце командира. – Я приду завтра. Мы начнем деятельность. Не мешайте нам. Если захочешь быть в доле, скажи.
– Нам не нужен запретный хлеб, Таррос.
– Как знаешь, Малик. До завтра. – он ухмыльнулся и повел войско на свои территории.
– Подлецы! – Малик бей дрожал от гнева. Его глаза налились кровью. Ноздри расширились. – Я связан по рукам и ногам. Первый раз я молча сношу насмешки врага и иду ему на уступки. – Голос его гремел.
– Аллах… Помоги мне. – в голове у Эрис не было четкого плана. Но она знала, что гонцы не должны добраться. Оставалось только молиться, чтобы пункт их назначения лежал далеко и у нее появилась возможность исполнить задуманное.
Йылдырым скакал по следам на грунте. Пришлось пересечь ледяную, не покрывшуюся льдом, бурную реку. Эрис не теряла след от копыт монгольских коней.
