Если что – говори, что Малик во всем виноват. И не слова более. Что это он захотел продать земли, чтобы накормить своих нищих, потом подставил Кутлуджу и убил его. Езжай к Тарросу и научи моим словам. А про нукеров – ни слова. Никто не поверит им, нищим пришельцам-акынджи. – произнес Хайреддин, потягивая наргиле.
– Ты – умный человек, Хайреддин-ата. – произнес довольный Дархан.
Утром он засобирался в Шахристан.
Малик, Дина, Аят, Тюркют и несколько воинов Кокжал ехали в Конью. Прибыв, они направились во дворец. Запросив аудиенции, бойцы встретились с Гияс-ад-Дином. Воины привезли с собой Данзана – еще один козырь.
– Как обстоят дела на границе? – спросил Гияс-ад-Дин. Он восседал на троне и даже не думал вставать.
Эрис с презрением смотрела на растленного юношу, пользующимся тем, чего добились его предки.
– Воевода греков хочет войны, мой султан. Я несу большие потери. Я не могу больше ждать. – поведал Малик. – Люди гибнут. Мы должны что-то предпринять.
– Ты хочешь сказать, что из-за твоей спеси мы должны рисковать союзом? – манера говорить со старшими его не украшала. – Монголы движутся к нам, я стараюсь собрать союзное войско! Делайте так, как говорю я! Горстка людей – ничто, по сравнению с десятками тысяч, что пришлет мне Иоанн. – заключил Гияс-ад-Дин. Он вальяжно раскинул ноги и задрал голову, демонстрируя власть. Его рука, усеянная драгоценными перстнями теребила редкую короткую бородку.
– Султан! – голос Эрис прервал паузу.
– Слушаю, доблестная Кокжал. – улыбаясь, соизволил султан. – Надо же… Назвать рабыню таким почтенным званием. У кочевых тюрков серый волк – тотем. Некто, за кем следуют. – произнес султан, высокомерно смотря на гречанку.
Эрис хмуро взглянула на него:
– Вы должны предупредить Иоанна Дуку о том, что мы можем грубо ответить грекам. Иначе будет большой пожар. Спесь здесь ни при чем.
– Девушка считает себя умнее правителя. Я давно уже предупредил его. Только о монголах. А об остальном ему знать незачем.
– Мы с Малик беем пришли не за тем, чтобы мериться с Вами умом. Мы пришли сообщить другое. – ответила Эрис, потеряв веру в справедливось Гияс-ад-Дина.
– Мой султан. Мы выяснили, что Хайреддин-ата – монгольский приспешник. – сказал Малик.
Лицо султана выразило гнев. Хайреддина особо почитала мать султана – Мах-Пери хатун.
– Он – один из лучших людей в султанате. На таких людях держится государственная казна. Докажите свои слова, иначе дорого заплатите за клевету. – пригрозил он.
– Мы были в ставке нукеров. Там много обреченных мусульман. Они и сообщили об этом. – ответил Малик.
– Нельзя доверять, не проверяя. А если я казню невинного? Или ты заменишь моего эмира? – он издевательски хмыкнул и поднял брови.
"Надо врезать тебе по молочным зубам, гадёныш. Если ты умеешь делать детей, это еще не значит, что ты являешься мужчиной." – думала Эрис.
– Командир Данзан. – Малик снял мешок с головы нукера. – Он расскажет. Он знал агентов Жергала и Цэрэна.
Данзан стоял на коленях со скрученными руками. Рядом стояли солдаты Малика, Эрис и визирь. По краям залы были расставлены стражники.
– Говори, язычник. Что знаешь? – приказал султан. Тот упрямо молчал и презрительно сверкал глазами.
– Говори!!! Тебе никто не поможет. – крикнул Гияс-ад-Дин. Монгол запыхтел. Он задрал голову и замотал ею, говоря горловым пением.
– Великий Чингисхан говорил – однажды его и его солдат разбили воины. И он бежал. Он поднялся на гору Бурхан, хотя был напуган, как насекомое, но его защищала гора Бурхан Халдун, и он пообещал земле – я буду чествовать Бурхана Халдуна жертвоприношениями каждое утро и молиться ему каждый день: мои дети и дети моих детей будут помнить эти события. – безумный командир скалил зубы. Он сказал четко, смотря в лицо султана. – Я не боюсь вас всех, ибо меня защищает Кок Тенгри!
– Заткни пасть! – Эрис ударила его по голове рукояткой ножа. – Оброс? Побрею снова!
Данзан тихо забормотал, смотря в пол. Пребывание в плену подействовало на душу командира вольных нукеров не самым лучшим образом.
– Нашей Вселенной правят семнадцать божеств – Тэнгри, Йер-суб, Умай, Эрлик, Земля, Вода, Огонь, Солнце, Луна, Звезды, Воздух, Облака, Ветер, Смерч, Гром и Молния, Дождь, Радуга. Некоторые из нас считают, что нашей Вселенной правят 99 божеств – тэнгри. Неужели хоть один из них не заступится за меня? – отчаянно сказал он, подняв голову.
– Никто, кроме Аллаха, Данзан. Никто. – ответил ему Малик. – Говори, и я отпущу тебя на волю. Даю слово.
– А ты не врешь? – он пронзил Малика взглядом.
– Аллах свидетель, Данзан.
К удивлению, монгол начал исповедь:
– Я знаю, что в лесах находится наша ставка. Они давно внедрили в ваше окружение доверенных лиц. Они повсюду. И Ваша знать готова отдать души своих подчиненных, собственных родных за ярмо, за ханский ярлык – лишь бы остаться при власти. При своем золоте. Жэргал и Цэрэн – подставные купцы. Они…
Он не успел договорить, ибо визирь резко перерезал ему горло у всех на глазах.
– Что ты себе позволяешь?! – воскликнул Гияс-ад-Дин, выпучив глаза.
