– Мой султан. Они – мошенничают. Мы не должны верить коварным врагам. Язычникам. У меня совсем другая информация. Любой может угрожать так, как делают эти дикие люди, которых мы приютили. – он показал на бойцов Баяты. – Они подставили Кутлуджу бея и убили его, чтобы вернуть власть свергнутому Малику. Малик уговорил продать земли грекам, ибо в стране голод. Командир греков подтвердит это. – сказал визирь. – Тот в курсе.
– Это ты предатель! Ты один из их прислужников! – крикнула возмущенная Дина.
– Ты и твои воины отправятся в заключение. – заявил разгневанный султан.
– Мой султан. Я и мои солдаты служат Вам верой и правдой. Позвольте мне найти свидетелей. Я обещаю, что раскрою правду. – попросил Малик бей. Эрис, казалось, сейчас вопьется в глотку визирю и разгрызет её. Визирь сверкал черными, как смола, злыми глазами и поднял уголки тонких губ.
– Грешный подонок. – прошептала она, нагло смотря ему в лицо.
– Вы – бандиты. Ваше будущее – на виселице у дворца. – ответил визирь.
– Что ты так волнуешься? – спросил Гияс-ад-Дин у визиря. – Я дам Малику срок. Месяц. Не сможет – лишу головы самого и его телохранителей. – ответил султан. – Идите, Малик. И уберите эту падаль из моей залы. – он указал на тело Данзана.
Настроения не было ни у кого. Они хмуро возвращались к себе.
– Ничего не вышло! Они уничтожили единственного свидетеля… К нам даже не проявили уважения! Это место – логово шипящих ядовитых гадюк. – ругалась Эрис. Она ударила ни в чем неповинного Йылдырыма по шее кулаком.
– Я схвачу Хайреддина. – сказал Малик. А ты, сестра, езжай на границу. Арслану нужна помощь.
– Нет, бей. Давайте наоборот.
– Слушай приказ.
– Бей. – произнес Аят. – Я, конечно, тебе не советчик. Давайте повременим. Схватить его – усилить подозрения. Поедем вместе на границу. Решим дела с Белокомой. Мы каждый день хороним братьев. Потом Аллах укажет нам путь в противостоянии с монголами. До лета еще есть время. – предложил воин.
– Ты – хороший советчик. После слов визиря ясно, что против меня заговор – командир греков тоже с ними. Астахфируллах… – проговорил Малик бей, протерев уставшее лицо огромными ладонями. – Поехали.
Они направились обратно.
Командир Таррос был в смятении. Вчера он встречался с Дарханом и тот сообщил, что ему необходимо лжесвидетельствовать, чтобы уничтожить Малика.
Командир не любил врать. Но иногда он прибегал к интригам, чтобы столкнуть врагов или разделить друзей. Война – хитрая стратегия. И здесь сила идет после хваткого ума. Таррос хотел отвлечься от мыслей о незнакомке. Он решил мотивировать себя, прочитав письмо магистра. Крестоносец обшарил всю свою комнату, не найдя документа. Таррос понял, что всё это не спроста. И что единственным человеком, вошедшим к нему была рабыня. Но он слишком поздно спохватился.
Он молился, стоя на коленях. Христианин читал псалмы Давида своим глубоким темным тембром. Тамплиер раздумывал о том, как вывести Малика из себя. И решил прибечь к одному старому проверенному способу – способу двойного шантажа, в котором обязательно должны присутствовать цветы жизни. Действовать он решил незамедлительно.
Малик прибыл в стойбище. Он собрал всех беев Баяты и спросил их мнения по поводу смуты.
Сейфутдин, как первый аксакал, произнес:
– Бей. За время твоего правления мы не видели несправедливости. Ты заботишься обо всех, как о членах собственной семьи. У тебя большое и доброе сердце. К тому же, оно доблестное – какое и бывает у великого война. Я поддержу тебя, Малик бей, как бы не повернулись обстоятельства. И призываю остальных. – старик посмотрел на каждого. – Последовать моему примеру.
– Да. Я тоже с тобой. – проговорил другой. – Выходцы из моей семьи в твоём войске. Ты – хороший лидер, Малик бей.
Другие, которых еще только вчера купил Дархан, не скупились на щедрые слова. Пару человек попросили прощения. Один лишь Айдын молчал.
– А ты, Айдын? Что ты думаешь? – спросил Малик.
Он прокашлялся и начал:
– Я думаю, что монголы захватят власть. Думаю, греки пойдут войной. Думаю, султан отрубит твою голову.
– Почему ты так думаешь, Айдын? – спросил Малик.
– Спесивый, ты любишь переходить другим дорогу – я ничего не забыл. Потому-что как ты поступил с Кутлуджой, поступят и с тобой. Худай *
– Айдын, старое пора бы позабыть! – пресек его Сейфуддин.
– Твой язык не помешает отрезать, Айдын. Но он слишком ничтожен, чтобы причинить зло нашему единству. – сказал гневно Малик. – Если ты будешь высказывать подобные вещи – отправишься к своему мертвому бею. – пригрозил он.
Заручившись присягой беев, Малик первым делом решил пойти в Шахристан и изгнать слуг Гавриила. После заняться постами, на которых взымались неоправданно большие налоги. Малику передали многочисленные жалобы караванщиков.
Когда все разошлись, к нему подошли Тюркют и Мария.
– Бей. Ты обещал нас поженить.
– Может свадьба подождет, мой верный альп?
– Мы с Марией любим друг друга. Ждать свадьбы – тяжко. Если мы совершим грех – ты будешь отвечать перед Аллахом, как предводитель.
