— С тех пор как она свела близкую дружбу с вашей супругой, просто ужасно! Хотя если быть откровенным, то как раз она поживает вполне себе прекрасно, в отличии от всех, кто имеет несчастье проводить в ее присутствии хоть сколь-нибудь продолжительное время!
— Родриг! — громко воскликнул Рамарос, от полноты чувств подавшись всем корпусом вперед, — вы откровенно наговариваете на прелестную Жози! Я лично имел удовольствие на днях, провести в ее обществе более двух часов и смею вас заверить это были самые восхитительные два часа, за всю прошедшую неделю!
Арант бросил короткий благодарный взгляд на друга, и разговор окончательно перешел на вечные ценности: прекрасных дам, последние шедевры мастеров оружейников, и турниры. Только к третьему часу Скома, когда за столом кроме них двоих никого не осталось, Вальтор вздохнул, задумчиво изучая в гранях серебряного бокала, отражение угрюмого лица Дерса старшего:
— Вы жестоки Арант! Неужели вам не жаль несчастных мильдских гвардейцев, которые после вашего совета Эймону, обязательно попытаются, при встрече арестовать загадочного блондина, вероятнее всего имевшего честь, обучить вашего сына, превращению восьми отнюдь не худших в мире мечников в тридцать девять отдельных друг от друга фрагментов?
— Мне хочется проверить одну теорию… — после непродолжительного молчания ответил Дерс, — на самом деле, я сомневаюсь в его кровожадности. Заметьте, служителя Скома, он всего лишь напугал. Опять же, лишь после того как тот, стал упорствовать в своей навязчивости. Слухов о подобного рода убийствах, мы не имеем… Мне думается он не станет убивать официальных представителей власти. Скорее всего просто исчезнет. При попытке ареста или уже из тюремных подвалов, не суть важно.
— Мда… — потянул Рамарос, — эта история становится все интереснее… А знаете у меня кузина, лет пять назад вышла замуж за какого-то родственника господина Гаро Каеса, и в настоящий момент имеет счастье проживать в поместье, где-то под Мильдом. Я так понимаю Эймону вы не сообщили и половины деталей, так что вряд ли его люди в курсе, что именно искать.
— Эймон… — совсем тихо произнес Арант, — Понимаете Вальтор, Трайгот, в последние годы слишком сильно увяз в политике. Мое назначение, безусловно облегчает его работу, перекладывая на меня часть бумажной волокиты. Однако оно же, формально ставит его, в подчиненное мне положение, что нервирует его гораздо сильнее, чем он пытается показать. Я не могу сейчас покинуть Идару. И отправлять кого-либо со столь… неоднозначными поручениями не могу. Заметно будет. И подозрительно. Им ведь не докажешь, что ищу я то ли темных тварей, то ли давно сгинувший орден. Обязательно начнут копать тайные смыслы, или того не лучше, свидетельства моего помешательства. Наиболее безопасным я счел сообщить ему о том, что не считает нужным скрывать Каес, и о своем интересе к рафрановым когтям, обозначив это разными темами. Впрочем, — он устало улыбнулся, — вы меня очень обяжете, если надумаете в ближайшее время проведать кузину…
— Вот! — усмехнулся Вальтор, — потому я и оставил службу! Вы себе даже не представляете, какое это исключительное счастье — жить в свое удовольствие, не задумываясь о том, чем может навредить общественное мнение! И как вы вообще уговорили меня вернуться?! Завтра же! — возмущенно воскликнул он, обратив на себя внимание не многих оставшихся в салоне посетителей, — Завтра же покину это змеиное логово под названием Идара! Уеду от вас! К моей ненаглядной Карише! Любоваться на жуков светляков, и дышать тихим, всенепременно полезным, ночным воздухом! — и дождавшись, когда к нему пропадет интерес, негромко добавил, — да и координировать горные прогулки моих следопытов из Мильда удобнее будет…
Первые шестнадцать лет своей жизни Кардо Иртас провел в Нораме, сравнительно небольшом городке, к югу от Идары, единственной достопримечательностью которого являлся замок рода Иртасов. Сколько раз, за эти шестнадцать лет он видел отца, можно было пересчитать по пальцам. Первый советник императора Мирего Иртас крайне редко покидал столицу, в отличии от супруги. Сальда Иртас целыми днями бродила по замку, с выражением глубокой скорби на лице, терзая то прислугу, то сына, жалобами на несправедливость судьбы. Она — сестра самого императора! Она рождена для того, чтобы блистать при дворе, а ее сослали, на задворки Империи. Выбросили как ненужную вещь! И вместо императорского дворца она вынуждена ютиться в этой «жалкой, пыльной норе» — иначе Сальда, замок Иртасов никогда не называла.
Из всех преподаваемых наук, Кардо с наибольшим интересом относился к дисциплинам военным, а его кумиром и примером для подражания, как и у всех знакомых ему мальчишек был разумеется блистательный генерал Дерс. Историю войны с Объединенными Баронствами Кардо знал наизусть, и мечтал по достижению семнадцати лет, сразу же подать прошение о вступлении в кавалерийские полки, и если очень повезет, служить под командованием блистательного.
