Значит и «рафрановыми когтями» блистательный интересовался не только для того, чтобы избавиться от навязчивости адъютанта…
— Я не понял, а где вино? — возмутился Ларс, пряча легендарное оружие в совершенно не соответствующих сему статусу ножнах.
На столе лежали лишь перевернутые и раскатившиеся в разные стороны кружки.
— Я убрал, во избежание порчи, — отозвался Рико и исчез на несколько мгновений, появившись, уже в другом углу с кувшином в руках.
— Молодец! — похвалил его полковник, — почти прощен.
Он стряхнул с плаща остатки пепла, стянул на шею платок, и подобрав одну из кружек, налил себе вина. Залпом выпил и только после этого обратил внимание на все еще ошарашенного происходящим Иртаса:
— Ну что, капитан, все еще не передумал… это, как там… — он поморщился и с иронией процитировал, — «служить Империи жизнью и честью»? Или побежишь в столицу, докладывать, о том, что у нас тут курьеров не хватает?
— Вы пытаетесь обвинить меня в трусости? — едва сдерживая раздражение, от подобных намеков уточнил наследник Империи.
— И в мыслях не было, — усмехнулся Амаро, — я вообще спать пошел. А то сейчас набегут сюда, так и не дадут до следующей Дрожи выспаться. Дерс! Что б даже не думал к своим тварям сбегать! От капитана ни на шаг! Не дай Ском проворонишь мне нового защитника! Уши отрежу! — он задумался и добавил, — а новые отрастут — еще раз отрежу!
Полковник вышел, а сын блистательного главнокомандующего огорченно вздохнул и обратился к Иртасу:
— Я бы попросил вас вернуть мои вещи. Мне без них под взглядом Скома неуютно…
Кардо торопливо снял и протянул Дерсу младшему плащ с платком:
— Благодарю. Однако, если вас не затруднит, мне бы хотелось все же получить объяснение происходящему.
— Граница Тьмы не постоянна, — пожал плечами Рико, одеваясь, — она имеет обыкновение дрожать. Вы вероятно обратили внимание на руны над воротами. Как только здесь не останется людей, Тьма заполнит каждую тень в человеческом мире, а твари перестанут быть сказками и в светлых землях.
Он поглубже натянул капюшон и сел на край скамьи обхватив руками кружку и более не обращая внимания на нового гвардейца. Кардо сел напротив, и рассмотрев, на предмет чистоты лежащую рядом кружку наполнил ее вином, задумавшись над следующим вопросом. Молчание затягивалось…
— Вы лжете своему командованию, — наконец сказал Иртас, — вам шестнадцать.
На лице Дерса младшего не дрогнул ни один мускул:
— Это не имеет значения, — флегматично сообщил он, рассматривая что-то на потолке, — я не человек. Я тварь Тьмы. Меня отсюда никто не выгонит, даже если вскроется правда о моем истинном возрасте. А вот я, — он перевел взгляд на Кардо и глаза опять засветились пурпурным светом, — могу и обидеться, если вскроется она с вашей помощью, — глаза снова стали черными, — Оно вам надо?
Кардо пожал плечами, и подражая интонациям блистательного произнес:
— Дело ваше, однако вынужден заметить, что ваша семья, считает вас погибшим.
— Это не правда, — глухо отозвался Рико, угрюмо уставившись в свою кружку, — уверяю вас, моему отцу сообщили и о преступлении совершенном мной, и о месте моей текущей службы. К тому же я имел неосторожность показаться ему на глаза уже в этом, не слишком приятном виде… Если при всем вышесказанном меня объявили мертвым… — он вдруг нарочито весело усмехнулся и скопировав кошачью улыбку Маринеса продолжил, — оно и к лучшему. Я не собираюсь разрушать данное утверждение, своим появлением в светлых землях. Мой дом — эта крепость. Моя семья — люди живущие здесь. А большего мне не нужно.
Наследник Империи фыркнул и высокомерно произнес:
— Мне показалось ваша… новая семья, не слишком-то вас уважает.
— Вам показалось, — все с той же кошачьей улыбкой ответил Рико, — стиль речи полковника весьма груб, но по другому он просто не способен выражать свои мысли, — он по звериному дернул носом, и бросив взгляд наверх, поднялся с лавки.
«Как-то не правильно начался этот разговор…» — подумал Кардо, глядя как сын главнокомандующего разводит огонь в очаге, а Дерс младший, закончив с очагом, достал еще одну кружку, и наполнил две лишних посудины вином. Спросить к чему подобные действия, племянник императора не успел. В коридоре послышались шаги, и через несколько мгновений на кухне появилось еще два человека в необходимой, насколько понял Кардо, для этого места одежде:
— Рико! Я вынужден выразить вам свое возмущение! Из-за вашего шипения у меня снова разболелся мой несчастный зуб! — с порога воскликнул высокий светловолосый мужчина, но заметив постороннего, его брови удивленно взлетели вверх, а лицо расплылось в улыбке, — Рико простите, беру свои слова обратно! Гости во время Дрожи, это безусловно достойный повод для того, чтобы шипеть! Сударь, неужели вас не пугают наши условия выживания и вы намерены пополнить своим непременно замечательным обществом, нашу милую компанию?
