— Вы, — сказал я, — хотя и женщина, к тому же пани, да ещё и представляясь простой контрактной женщиной, совершенно не заботились о том, чтобы скрыть своё презрение. Более того, Вы часто высмеивали и дразнили его, да ещё и делали это публично. Если его внимание было для вас нежеланно, то почему Вы тогда просто не избегали или не игнорировали его? Скорее всё выглядело так, словно Вы хотели навязаться, влезть в его мысли и мечты. Разве ваши действия не были провокационными? Каковы могли бы быть рациональные побуждения такой враждебности? Признаться, мне было трудно понять те чувства, пыл, ненависть, которые Вы проявляли столь свободно.
— Он так отчаянно хотел меня, — рассмеялась Сумомо.
— Действительно, отчаянно, — согласился я.
— Я обворожила его своей красотой, — заявила она, — тем самым ещё больше усилив его страдания.
— С какой целью? — поинтересовался я.
— Мне так захотелось, — хмыкнула дочь сёгуна.
— Я смотрю, Вы считаете себя красавицей, — констатировал я.
— Конечно, — признала она. — Я одна из самых красивых женщин. Сотни мужчин склоняли передо мной свои головы, и томились от страсти в моём присутствии. Даже даймё. Так расцените наглость простого воина, ни имеющего никакого отношения ни к одной из великих семей, посмевшего столь смело смотреть на меня!
— Он считал вас контрактной женщина, — напомнил я.
— Он должен был понять, что я была слишком красива, чтобы быть контрактной женщиной, — презрительно скривилась Сумомо.
— Но Вы слишком превосходно играли свою роль, — заметил я.
— Это верно, — не без самодовольства признала она.
— Как верно и то, что Вы очень красивы, — польстил я.
— Само собой, — расплылась она в довольной улыбке.
— Правда, мне доводилось видеть многих не менее красивых, — усмехнулся я, — когда их забирали со сцены невольничьих торгов.
— Вы говорите слишком смело для пленника, — процедила моя собеседница.
— Я использую в своих интересах привилегии, предоставляемые гостю, — пожал я плечами.
— Не рассчитывайте на слишком многое, — сказала она.
— Здесь есть асигару? — спросил я.
— Разумеется, — кивнула она.
— Возможно, есть путь, которым Вы могли бы воспользоваться, чтобы незаметно ускользнуть из этого сада, — предположил я.
— Нет такого пути, — покачала головой девушка.
— А что если бы он был? — осведомился я.
— Я должна была бы сообщить об этом своему отцу, — ответила она.
— Ясно, — кивнул я.
— Я не понимаю, на что Вы намекаете, — сказала Сумомо.
— Бегите, — посоветовал я.
— Вы, случайно, не сошли с ума? — усмехнулась она, а затем, заметив, что я насторожился, поинтересовалась: — Что случилось?
— Ворота сада скрипнули, — указал я. — Их открывают. Подозреваю, что асигару пришли за вами.
— Конечно, это они, — подтвердила Сумомо. — И я потребую, чтобы они выяснили, мимо какого поста охраны пронесли меня той ночью и определили местонахождение тех, кто там дежурил в тот момент.
— Они думали, что несут рабыню, — пояснил я. — Тем более что нет ничего необычного в том, что она могла бы дёргаться в одеяле, охваченная страхом, не знающая того, куда её несут, и какая судьба её ожидает.
— Их действия были непростительно небрежными, и они не должны остаться безнаказанными, — заявила дочь сёгуна. — Я потребую, чтобы их били кнутом снова и снова, пока в их телах не останется десятой доли хорта их жизни.
— Леди Сумомо, — вежливо обратился к девушке первый из трёх подошедших к нам асигару, — мы пришли за вами.
— Вы заставляете себя ждать, — недовольно отозвалась Сумомо.
— Простите нас, леди, — извинился первый асигару. — Я должен спросить вас, завершена ли ваша миссия в саду?
— Да, — ответила она.
Её миссией, насколько я понял, было сообщить мне о том, что мои друзья Таджима и Пертинакс в безопасности. Лорд Ямада, человек мудрый и чуткий, не мог не понимать моего беспокойства о них, особенно в свете возвращения во дворец Сумомо, информация о котором рано или поздно дошла бы до меня.
— Пожалуйста, заведите руки за спину и скрестите запястья, Леди, — вежливо попросил всё тот же асигару.
— Что? — опешила девушка.
Видя, что она не собирается их слушаться, второй асигару взял её за руки, оттянул их назад, а его товарищ быстро стянул запястья отрезком шнура.
— Что вы делаете? — в замешательстве воскликнула Сумомо.
— Не вмешивайтесь, — потребовал первый асигару, повернувшись ко мне, и я отступил назад.
Меж тем третий асигару достал поводок и застегнул его ошейник на шее Сумомо.
— Немедленно освободите меня! — возмущённо закричала та. — Это что ещё за безумие! Это вопиюще! Вы, дурачьё, что, не знаете, кто я такая?
— Вы — Леди Сумомо, дочь Лорда Ямады, Сёгуна Островов.
— Освободите меня! Сейчас же! — потребовала она. — Это какая-то нелепая ошибка, недопустимое недоразумение, чья-то глупая шутка!
Она попыталась бороться, но не в её силах было избавиться от стягивавших запястья петель. Кожаный поводок танцевал между её ошейником и сжатым кулаком асигару.
— Нет, леди, — ответил ей первый асигару.
— Мой отец узнает об этом! — крикнула она.
— Именно в соответствии с его приказом я действую, — сообщил мужчина.
— Я требую встречи с ним! — выкрикнула Сумомо.
