Положим, что на самом первом этапе конфронтации, когда МНС еще только начинали дислоцироваться на Аравийском полуострове, в Багдаде могли думать, что все ограничится мерами по защите Саудовской Аравии, и не просчитывали дальше этого. Соответственно и вели себя, бросая Совету Безопасности один вызов за другим. Но когда Вашингтон объявил об увеличении американского контингента в зоне Залива еще на 200 тысяч человек, разве не стало яснее ясного, к чему идет дело? Да и мы это не раз втолковывали иракскому руководству и в Москве, и в Багдаде, прямо предупреждая о приближении войны и неминуемом разгроме Ирака. Почему же Багдад уперся?
Напрашивается несколько объяснений. Во-первых, не исключено, что в Багдаде расценивали военные приготовления США и их союзников преимущественно как акции устрашения, считали угрозу перехода МНС к военным действиям блефом. Иначе говоря, до какого-то момента, игнорируя все свидетельства об обратном, считали, что Буш не решится пустить в ход оружие из опасений неприемлемых потерь. Кое-кто из числа бывших министров обороны США и отставных генералов предрекали американские военные потери в 20-30 тысяч человек и даже больше. Со своей стороны Багдад, стараясь подпитывать такие опасения, стращал применением химического оружия, ракетными ударами, терактами и огромными материальными разрушениями в регионе.
Во-вторых, определенные выводы могли делаться в Багдаде из особенностей внутренней обстановки в самих США, где президенту-республиканцу противостоял конгресс, который контролировали демократы. К тому же в американских СМИ в то время можно было встретить немало критики в адрес республиканской администрации. Особенно острые дебаты шли вокруг возможного использования против Ирака силы. Разноголосица в прессе была значительной. Нередко вообще ставилось под сомнение, должны ли американские парни проливать кровь ради восстановления власти ас-Сабахов. Посольство Ирака в Вашингтоне, надо думать, исправно доносило в Багдад прежде всего такую информацию, порождая этим самым надежды и иллюзии. В Багдаде вполне могли уповать на то, что соображения межпартийного соперничества лишат Буша поддержки законодателей в вопросе о военной акции против Ирака, а идти на нее в одиночку Буш остережется.
В-третьих, в Багдаде могли делать ставку на непрочность коалиции, и сами старались ее расшатать, используя, в частности, проблему заложников. Слабым ее звеном считали Францию, наблюдая за публичными метаниями Миттерана и уповая на Шевенмана. Зигзаги Кремля тоже, конечно, не оставались незамеченными, как и проиракские выступления депутатов из группы «Союз» и некоторых других. Пытался Багдад затеять закулисный торг и с Саудовской Аравией. Делались также жесты в отношении некоторых других стран.
В-четвертых, расчет мог делаться на фактор времени, которое в определенном смысле и в самом деле работало на Багдад. С одной стороны, приближался период, неподходящий для войны из-за рамадана, хаджа и плохих погодных условий. С другой стороны, с каждым днем у коалиции множились финансовые и другие издержки, связанные с содержанием МНС в зоне Залива, на которые тратились миллиарды долларов. В Багдаде могли предположить, что если войну удастся оттянуть до февраля – марта, то ее может не случиться вообще.
Ни один из этих расчетов не оправдался. Буш получил, хотя и не без труда, поддержку конгресса; коалиция, хотя и не проявила себя монолитом, но устояла; французы в последний моменты отказались от фронды и даже с первых часов стали участвовать в воздушных ударах. Рухнула и ставка Багдада на то, чтобы втянуть Израиль в войну и таким способом придать ей новое качество. И, наконец, ни одно арабское государство, как мы и предупреждали Багдад, не пришло ему на помощь, а реакция «арабской улицы», вопреки уверениям Тарика Азиза, оказалась вполне умеренной.
Все эти провалы расчетов Багдада случились не сами собой. Каждый из них стал результатом больших целенаправленных усилий со стороны администрации Буша, других участников коалиции. Сыграло свою роль и общее состояние мирового общественного мнения, которое чем дальше, тем больше склонялось в пользу применения против Ирака силы.
