Когда же воздушная война против Ирака стала фактом, грубейшей ошибкой Багдада было упорствование в отказе покинуть Кувейт. Возможно, руководство Ирака на самом деле питало иллюзии, что на суше у него пойдут дела лучше, чем в воздухе. Общеизвестно, что до того, как началась воздушная фаза, Багдад уверял, что война на земле будет долгой и сопровождаться для американцев крупными людскими потерями. Неизвестно, верили ли в это в Багдаде или это была только поза. Ведь воздушная фаза уже в первые недели фактически предрешила скоротечность и легкость для коалиции наземной операции. Если это в Багдаде не поняли, значит, таков был уровень высшего военного командования. Если, напротив, хорошо все понимали, то, спрашивается, зачем надо было тогда жертвовать десятками тысяч иракцев и ставить государство на грань выживания? Если верно второе, то мотивация скорее всего кроется в соображениях сугубо личного порядка, так как общественный интерес требовал принципиально другого подхода. Однако в странах, где власть сосредоточена в руках одного человека, нередко бывает так, что собственное эго лидера перевешивает все остальное. И просчеты там также не редки и велики именно потому, что все решает один человек. Как это бывает, мы знаем из нашей собственной истории. Так стоит ли удивляться, что действия Багдада с августа 1990 года по февраль 1991 года ознаменовались длинной чередой непростительных ошибок. В тех же случаях, когда Багдад под воздействием обстоятельств шел на некоторые подвижки, он делал это с большим опозданием и не в том объеме, как требовала обстановка.
Между тем все могло быть совершенно иначе, прислушайся Саддам Хусейн к советам Москвы. Остается только сожалеть, что случилось именно так, как случилось, и сочувствовать кувейтянам, иракцам и всем другим пострадавшим.
Некоторые итоги и уроки кувейтского кризиса
Кувейтский кризис явился серьезным потрясением для региона и одновременно испытанием способности мирового сообщества справиться с вызовом, который ему был брошен агрессией Ирака. То, что агрессия «не прошла» и Кувейт вновь стал независимым суверенным государством – безусловно, достижение принципиального порядка. Сложись иначе, получи Багдад выгоду от своих противоправных действий, это могло бы стать прологом для новых агрессивных акций не только Ирака, но и кого-то еще. Дурной пример заразителен, тем более в таких соблазнительных вещах, как территориальные приобретения и погоня за природными и другими богатствами. В данном же случае восстановление права и наказание агрессора – наглядное, убедительное предостережение всякому, кто попытался бы нарушить мир и безопасность соседа.
Также принципиально важно, что агрессии противостояли не отдельные государства, чьи интересы были нарушены или затронуты, а все мировое сообщество, от имени которого действовал Совет Безопасности ООН. На примере кувейтского кризиса Организация Объединенных Наций доказала, что при должном сотрудничестве постоянных членов СБ она вполне в состоянии, действуя строго в рамках Устава, эффективно справляться даже с таким трудным вызовом, как вооруженная агрессия, и тем самым выполнять свое главное предназначение – охранять мир и безопасность народов.
«Холодная война», обрекшая ООН на беспомощность перед лицом силовых приемов, к которым прибегали и США, и СССР, и Китай, и ряд других государств, основательно подорвала престиж этого главного международного института и веру в его возможности. Трудно переоценить значение того, что принятие принципиальных решений, как противостоять агрессии, принимались Советом Безопасности. То, что кувейтский кризис был разрешен так, как это предусматривалось решением Совета Безопасности в его резолюции 687, стало очень важным этапом в жизни этой всемирной организации и прецедентом на будущее (конечно, хотелось бы, чтобы подобные кризисы больше не возникали). И, напротив, отход от ооновских процедур, как это имело место в случае с натовскими бомбардировками Югославии, свидетельствует, что инстинкт действовать по праву силы все еще не исчез и иногда срабатывает. Но это, с другой стороны, лишь оттеняет моральное, политическое и правовое значение того, что было достигнуто мировым сообществом в процессе преодоления агрессии Ирака против Кувейта. Это был серьезный экзамен, который в тот раз «пятерка» постоянных членов Совета Безопасности и ООН как учреждение выдержали вполне достойно.
