На языке христианства это означает найти в себе Христа. Здесь заложена в точности та же идея: христиане называют это сознанием Христа, а буддисты – сознанием Будды. Что ж, фигуры, представляющие эти две идеи, совершенно противоположны: буддийские образы концентрируются на мирном аспекте, на обретении внутреннего покоя и безмятежности, в то время как христианский образ распятого Христа подчеркивает героическое отношение к жизни – разрывание себя на части и обретение внутреннего Единства посреди мирской суеты.
Фигура на Кресте символизирует стремление вечности принять участие в страданиях времени. Согласно этой метафоре, Христос отказался от идеи Бога. Опять же об этом говорит апостол Павел в Послании к Филиппийцам:
Что символизируют фигуры Христа и Будды с точки зрения мифологии?
Можно сказать, что они символизируют приглашение к жизни. Они учат принимать удары судьбы и осознавать, что в бытии человека есть более глубокий, масштабный и критически важный аспект, чем телесные страдания.
Ранее вы заметили, что в иудео-христианской традиции основное внимание уделяется скорее этике, а не духовности.
Безусловно. Здесь главная тема – грех и искупление греха. Это ставит перед нами заслон, и мы не можем проникнуть в метафизическое, за пределы всех пар противоположностей: добра и зла, мужского и женского, действия и бездействия, человека и Бога. У нас есть лишь Бог на небесах и Сатана в аду – мы застряли в паре абсолютных противоположностей! Адам и Ева были изгнаны из рая, когда вкусили плод познания пар противоположностей.
Я не хочу, чтобы казалось, будто я превозношу Восток над Западом,– это не моя позиция. Однако, объясняя это конкретное различие, я хотел бы подчеркнуть один ключевой момент. Западный подход к богослужению – это молитва (руки сложены) и обращение вовне, к Богу. А на Востоке богослужение – это покой медитирующего йога или мудреца. Восточные учения по сути своей ориентированы на метафизику. Они призывают обратить взор внутрь себя, к высшей тайне. Западные религии больше внимания уделяют этике. Они скорее подчеркивают временную и пространственную взаимосвязь человека с человеком. Это лежит в основе того, что мы называем прогрессом, и
Западная доктрина основана на библейской традиции. В Библии говорится о грехопадении в Эдемском саду. Адам и Ева познают добро и зло, а затем их изгоняют из рая, и возникает необходимость искупления вины перед оскорбленным Отцом. Мы не можем попасть в Эдем из-за первородного греха, за который
Отсутствие грехопадения в Эдемском саду в восточных традициях означает отсутствие первородного греха?
На Востоке нет понятия греха. Скорее речь идет о чувствах, которые привязывают нас к отдельным соблазнительным сущностям мира и отвлекают от внутреннего единения с божественной волей (или с динамизмом природы). Кроме того, мы начинаем заботиться о своем земном существовании: боимся смерти и жаждем жизни.
Именно эти эмоции отделяют нас от невинности детства, где нет ни страха, ни желания. Ослабляя внутреннюю концентрацию на собственном эго-существовании, можно снова соприкоснуться с великим источником, из которого мы вышли и к которому должны вернуться. Таким образом, мы сами настраиваем себя на отстранение от земной суеты. Благодаря психологической трансформации мы можем, так сказать, вернуться к Древу познания, тогда как в западной традиции это происходит через искупление вины перед разгневанным Отцом. Это два совершенно разных подхода, но сами символы удивительно похожи.
Получается, что на Западе Адама и Еву изгоняют из рая, а позиция Востока, по сути, означает: «Добро пожаловать в наш Эдем. Добро пожаловать в мир природы и познания».
Да, на Востоке вам оказывают радушный прием, но тут возникают две проблемы. Первую можно сформулировать так: готовы ли вы отринуть мир? Отказаться от мирских обычаев? Перестать защищать себя и то, что вы любите? Перестать стремиться чего-то достичь? Если это так, вы становитесь монахом и мир для вас исчезает.
