Не менее страшное преступление было совершено и в самом Риме. Однажды Аппий Клавдий увидел красивую девушку Вергинию и воспылал к ней нечестивой страстью. Отец Вергинии Децим Вергиний был центурионом, т. е. командиром военной сотни, и находился в лагере у Альгида. Еще до своего отъезда на войну он просватал дочь за Люция Ицилия. Ицилий был недавно народным трибуном и прославился защитой интересов плебеев. Аппий решил во что бы то ни стало овладеть девушкой, но та решительно сопротивлялась всем его домоганиям. Тогда он, никогда не умевший усмирять свои страсти, решился на невиданное коварство. Децемвир подговорил своего доверенного человека Марка Клавдия[190] объявить Вергинию своей рабыней. А потом, как он задумал, Марк передаст девушку ему, и Клавдий насладится ею, как захочет. И вот когда Вергиния проходила через форум, Марк наложил на нее свою руку и объявил ее дочерью своей рабыни и, следовательно, рабыней. Девушка от изумления и неожиданности ничего не могла даже вымолвить. Зато сопровождавшая ее кормилица подняла крик, на который сбежалась толпа. Марк, несколько испуганный таким поворотом дела, сказал, что он не собирается забирать девушку силой, а обращается к суду. Все согласились. Суд же в этот день вершил Аппий. Приблизившись к нему, Марк рассказал историю, которую они вместе с децемвиром и выдумали: якобы в свое время эту девушку, еще несмышленым ребенком, у него украли и подкинули в дом Вергиния, а он узнал об этом из недавнего доноса и, поскольку она является на деле его рабыней, то должна следовать за своим господином. Защитник девушки в ответ заявил, что нельзя разбирать дело в отсутствие ее отца, который находится в войске, и надо отсрочить рассмотрение дела до его возвращения. Дело в том, что сам Аппий издал в свое время соответствующий закон, поэтому, хотя он и горел страстью и надеялся утолить ее уже в эту ночь, ему пришлось согласиться и отложить дело до возвращения отца. Аппий все же нашел выход и прибавил, что пока не принято окончательное решение, спорную девушку надо отдать истцу, т. е. Марку, а тот должен обещать привести ее в суд, как только прибудет в Рим тот, кто называет себя ее отцом.
Но тут выступили жених Вергинии Ицилий и ее дядя Публий Нумиторий. Они громко протестовали против несправедливого и незаконного решения. А Ицилий, прекрасно понимая мотивы решения и зная, что за спиной Марка стоит сам Аппий, решительно заявил, что он не отдаст свою невесту на поругание, а если Аппий захочет отнять ее силой, то он готов защищать Вергинию до самой своей смерти. Его решительно поддержали собравшиеся. Аппию пришлось уступить. Он сказал, что отпускает девушку до завтрашнего дня, и если до этого времени Вергиний не явится сам на судебное заседание, он немедленно отдаст спорную девицу истцу. На этом все разошлись. Защитники Вергинии отправили в лагерь брата Ицилия и сына Нумитория, чтобы те как можно скорее доставили в город Вергиния. Аппий, со своей стороны, отправил в лагерь письмо с приказом ни за что не отпускать Вергиния. Но юноши прибыли в лагерь раньше, чем пришел приказ. И Вергиний, получив законный отпуск, сразу же отправился в Рим.
Наутро начался новый суд. Вопреки ожиданиям Аппия перед ним появился сам Вергиний. Он был одет как на похоронах, а за руку держал свою дочь в разорванной одежде. Вергиний и Ицилий стали обходить собравшийся народ, напоминая о своих подвигах и говоря, что бесполезно сражаться за государство, если их дочери в городе не могут быть в безопасности. Ответом был тихий плач женщин и внутренняя ярость мужчин. По закону сначала должен был вступить истец, а затем ответчик, и лишь после этого судья мог вынести свой приговор. Но Аппий выслушал только истца и, не давая Вергинию в ответ сказать ни одного слова, вынес давно задуманный приговор: Вергиния — рабыня, и ее надо тотчас отдать хозяину. Собравшийся народ был возмущен явным беззаконием. Но Аппий обвинил Ицилия и других в том, что они намеренно сеют смуту и стремятся нарушить общественное спокойствие, и он не остановится перед силой, чтобы заставить уважать свой высокий сан. И все притихли.
Когда Вергиний понял, что надеяться на народ нечего, он притворился покорным и стал просить Аппия только об одном, чтобы тот позволил ему поговорить с кормилицей, и если правда, что он — не истинный отец Вергинии, то он уйдет с форума спокойным. Аппий милостиво согласился. Тогда Вергиний отвел девушку поближе к мясным лавкам, а там схватил огромный нож для рубки мяса и вонзил его в грудь собственной дочери, вскричав, что только так он сможет сделать ее свободной. А обращаясь к Аппию, Вергиний выкрикнул, что проклятье за эту кровь пусть падет на децемвира.