–
Пытливый читатель сразу же может задать вопрос: «Каким образом, находясь на КП за несколько десятков километров от передней линии, командующий армией мог вообще услышать работу двигателей немецких танков, да к тому же перед началом работы артиллерии, ведь немецкая артподготовка началась перед общей атакой, а не после её начала, и длилась почти час. Кроме того, в первой волне насупающих войск 4-й ТА танков не было, они вводились по мере того как сапёры расчищали им проходы в минных полях?» Вопрос вполне резонный, и ответ на него прост. Как и абсолютное большинство крупных военачальников, свою книгу мемуаров И.М. Чистяков писал не сам. Он лишь рассказывал наиболее запомнившиеся ему эпизоды своей боевой биографии, а сводил их в единое целое и готовил первоначальный текст литературный сотрудник, который не знал всех особенностей системы управления армией и работы её командования, не говоря уже о том, как в действительности начиналась Курская битва. После завершения первого этапа подготовки книги её рукопись начинал править исходя из «политической целесообразности» цензор, для которого достоверность являлась задачей далеко не главной. Поэтому в ней и допущены такие откровенные нестыковки.
В целом идея упреждающего удара была интересной, и она не прошла не замеченной противником. Особенно её вторая фаза – в ночь на 5 июля. Например, на исходных позициях сильным огнём был накрыт 2-й усиленный батальон 2-го грп СС мд СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Попал под мощный обстрел и 1-й батальон 1-го грп СС этой же дивизии. Снаряды и мины ложились в основном в расположение пехоты, а стоявшие за ними подразделения 13-й тяжёлой роты «тигров» и дивизионы штурмовых орудий не пострадали.
В докладах частей германских войск отмечалось, что потери были, но они сравнительно невелики. В то же время телефонный кабель оказался сильно повреждён, поэтому пришлось налаживать связь через посыльных. В 3.00 5 июля, т. е. после открытия огня частями Воронежского фронта, начальник штаба 48-го тк полковник Ф.-В. Меллентин начал лично звонить в штабы дивизий, чтобы собрать информацию о потерях и выяснить возможность продолжать выполнять план «Цитадель». Из трех соединений командование двух (11-й тд и 167-й пд) сообщило, что не имеют никаких трудностей, так как их основные силы подошли на исходные позиции позже других. По третьему соединению, мд «Великая Германия», данные отсутствовали, да и они мало что могли дать, так как по сведениям её командования на передовой действовали лишь боевые группы, занятые в боях с боевым охранением гвардейских дивизий, а танковые и артполки были ещё в пути. Они подойдут лишь к утру, в том числе и бригада «пантер». Об убыли личного состава и техники от упреждающего артудара в дивизионных документах 4-й ТА информации тоже нет. Согласно табелю донесений, дивизии отчитывались о потерях лишь за сутки, а урон, понесённый в отдельных боях, указывался редко. Поэтому выделить в цифре потерь за сутки ущерб, нанесённый именно в ходе контрартподготовки, практически невозможно.
