Йохельсон записал историю о подобной битве. Якутский шаман стал «пожирать» детей юкагирского шамана, который жил за тысячу километров от него: дети умирали вскоре после рождения. Отец юкагирского шамана разозлился, лег спать и в сновидении нашел сына и его врага, который в облике гагары плавал по озеру. Старый шаман вызвал тень «мамонта», вместе с сыном сел на нее верхом, подплыл к утке и ее застрелил. С тех пор дети перестали умирать, а якутский шаман умер[414].
У эвенков «мамонт» был одним из главных шаманских помощников. Его представляли в виде лося или рогатой рыбы с коротенькими ногами. Железные и медные подвески с изображением «мамонта» висели на шаманских плащах, деревянных «мамонтов» ставили рядом во время камлания. Один такой мамонт (кажется, двухголовый) был вырезан из ствола лиственницы длиной 3,55 метра[415].
Особенно важную роль у эвенских шаманов «мамонт» играл в проводах души умершего. Через год-два после смерти человека шаман отыскивал его душу в Нижнем мире и помогал добраться до места, где жили покойники. Шаману мешал дух подземного мира харги, который ловил души, чтобы оставить у себя в рабстве. Суеверное воображение рисовало харги редкостным чудовищем. На правой руке у него вместо кисти страшная человечья голова с оскаленными зубами, на левой — огромный коготь, а нога одна: ей харги насиловал девушек, которые затем рожали уродов.
Пойманные души харги держал у себя в Нижнем мире в кипящей смоле. Пока шаман помогал душе усопшего пробраться в мир покойников, «мамонт» прикрывал их своим огромным телом и отгонял харги рогами[416].
Служил «мамонт» и для злых целей.
В 1897 году этнограф В. Г. Богораз подобрал в заброшенном амбаре на берегу реки Большой Анюй несколько шаманских предметов, в том числе прямоугольную березовую дощечку с процарапанными ножом рисунками. Дощечка была разделена на две части. Одна закрашена черным графитом, вторая — красной охрой. В соседней деревне объяснили, что дощечкой пользовались шаманы для вызова духов. Красная половина была для белого шаманства, врачевания. Черная — для черного, наведения злых чар.
На красной части процарапаны звери, птицы и растения, а впереди — человек на олене. На черной — собаки, лошади и странное животное, в котором Богораз признал мамонта: у него короткая шея, длинный раздвоенный хвост и круто загнутые клыки или, по словам туземцев, рога, выступающие из пасти[417]. Этот «мамонт» был нужен для черного шаманства.
Мансийские шаманы тоже насылали болезни с помощью духов йур, которых отождествляли с остатками мамонтов[418].
Самое замечательное, что после смерти шаманы и сами могли становиться «мамонтами». Одну такую историю записали у селькупов. Знавшаяся с духами-лозами старуха отправилась на реку, разделась, вошла в воду и сказала, что превратится в козара. Нырнула и пропала. На следующее утро родные отправились искать утопленницу. Забросили невод, а в него попалась огромнейшая щука, тут же порвавшая сеть. По преданию, дыра была с раздвинутые руки. Исполинскую щуку признали за козара, которым обернулась старуха. Потом видели, как чудовище всплывало и показывало из воды «свою спину, как большую опрокинутую лодку, покрытую серебристой чешуей»[419].
Отголоски шаманских суеверий (ненцев и манси), кажется, можно увидеть и в русских суевериях Поморского края. В поморском заговоре от нечистых духов мамонты встали в один ряд с дьяволом и демонами.
Заговор призывал Господа Бога создать тучу «темную, каменную, огненную и пламенную», которая ударит громом и молнией и прогонит со двора демона, дьявола и «мамонта насыльного и нахожего»: все они должны бежать от испуга за тридевять земель туда, откуда явились. Причем куда именно бежать мамонту, автор заговора плохо понимал: «Водяной в воду, а лесной в лес под скрыпучее дерево, под корень, и ветряный под куст и под холм, а дворовой, мамонт насыльный и нахожий и проклятый диавол и нечистый дух демон, на свои на старые на прежние жилища»[420].
Исключений из общего для Сибири суеверия о скрытном рогатом звере немного: они есть у живущих на Камчатке коряков и ительменов.
Коряки считали кости мамонтов остатками рогатого камака. Образ камака был довольно размытым. Так называли духов, живущих в земле и обычно принимавших облик жука. Говорили, камаки не стремятся вредить человеку, но вызывают землетрясения, извергают дым и лаву из вулканов[421]. Вместе с тем коряки все же старались не перевозить бивни мамонтов через Пенжинскую губу, полагая, что от этого испортится ловля китов[422].
Предания ительменов более оригинальные.
