Первой по времени была дева Кейн Валлийская. Она жила в V веке. Согласно житию, Кейн была одной из 12 королевских дочерей, на редкость красивой. К ней часто сватались женихи, но Кейн приняла обет девственности и отправилась жить в лес отшельницей. Она поселилась в глухом месте, где ползали множество змей, изрядно ей досаждавших. Кейн помолилась, и все змеи окаменели. Спустя годы здесь построили город, названный в ее честь Кейншем.
Вторая — Хильда, которая жила спустя 200 лет после Кейн. Сегодня Хильда — одна из самых почитаемых британских святых. День ее кончины (30 ноября) и перенесение мощей (7 сентября) отмечают не только в католической и англиканской, но и в православной церкви. Хильда тоже была голубых кровей. После убийства отца она жила при дворе своего двоюродного деда, короля Эдвина. В 33 года приняла монашеский обет, и, когда в Уитби решили основать монастырь, ее призвали настоятельницей.
Монастырь строили на высоком берегу, под которым море разбивает сланцы юрского периода. Около 180 миллионов лет назад в этих местах плавали тысячи аммонитов дактилоцерасов (
Легенда про Хильду появилась спустя столетия после ее кончины и стала очень популярной. Окаменелых змей изобразили на гербе города Уитби, про проклятье Хильды писали поэты. В XIX веке умельцы Уитби стали делать сувениры из раковин аммонитов, вырезая им головы. Вероятно, шутки ради английский палеонтолог Дж. Соверби для научного описания этих аммонитов взял образец именно с такой вырезанной змеиной головой.
В других христианских странах раковины аммонитов тоже сравнивали со змеями. В Нормандии в 1482 году некий доктор Бертольд нашел большую раковину аммонита. Ее закрепили на стене часовни, а под ней написали на латыни: «Верьте чудесам Божьим, этот камень был живой змеей. Бертольд принес его сюда в таком виде»[464].
Пришлифованная спираль аммонита есть и на мраморной плите на полу приходской церкви итальянского города Ровато. Плита лежит перед алтарем со статуей Девы Марии, которая попирает ногами дракона. Хвост дракона завивается такими же колечками, что и раковина аммонита. По преданию, Дева Мария должна раздавить голову дракона в конце времен[465]. Когда прихожане молились, они стояли на раковине аммонита и попирали ее ногами так же, как Дева Мария — дракона. Наверняка это считалось богоугодным и благочестивым занятием.
Витражная фреска с изображением святой Кейн, которая держит в руке раковину аммонита.
Откуда взялись в христианской Европе все эти окаменевшие змеи? Абель считал, что церковь специально очерняла окаменелости, которым поклонялись язычники. В качестве примера он рассказал про круглые членики морских лилий, которые в язычестве были символами солнца, а в христианской мифологии стали проклятыми монетами. По легенде, в VIII веке в Германию прибыл проповедник Бонифаций. Язычники постоянно требовали от него денег, и однажды Бонифаций в гневе проклял языческие монеты. Все они окаменели. В разных местах Германии попадались эти камни, которые звали грошами, или монетками Бонифация.
Скульптурное изображение святой Хильды, попирающей ногами змей (три уже «превратились» в раковины аммонитов).
Раковина большого аммонита на стене часовни в Нормандии.
По словам Абеля, в 1920-х годах один мужчина подобрал на склоне горы в Тюрингии членик морской лилии и показал старому фермеру. Тот посоветовал отдать находку священнику и добавил, что нельзя держать у себя «монетки Бонифация». Абель полагал, что это отголосок требования сдавать языческие талисманы и амулеты, в том числе «солнечные колеса» морских лилий[466].
Такое же переосмысление могло случиться с раковинами аммонитов. А может, все объясняется проще: после искоренения языческого культа солнца раковины аммонитов лишились привычного объяснения, и самой близкой ассоциацией для них стали змеи. Не исключено, что так случилось и в России. Как славянские язычники относились к раковинам аммонитов, уже не узнать, но в XIX веке в Подмосковье их называли чертовыми печатями[467], а в Ярославском Поволжье — чертовым глазом[468].
Гипотезу Абеля трудно доказать или опровергнуть, но она выглядит правдоподобной.
