Фальшивка дневники и личные записи Берии или нет, но предложенная их автором, кем бы он ни был, версия выглядит правдоподобно. Вспомним: впервые Суслов с руководимым Берией Наркоматом внутренних дел схлестнулся ещё осенью 1942 года: он тогда в адресованной одному из секретарей ЦК записке прямо возложил на органы НКВД ответственность за сдачу немцам Орджоникидзевского края. И Берия вряд ли это Суслову простил. Но он ничего не мог сделать для того, чтобы остановить дальнейшее продвижение Суслова. А почему? Жданов не позволил? Но Жданов стал существенно влиять на расстановку руководящих кадров в стране лишь после перевода в Москву, который произошёл уже после Победы. А кто до этого из сильных мира сего опекал Суслова?
Публикатор тайного дневника Берии Сергей Брезкун (Кремлёв) считал, что после войны Суслову покровительствовал всё же не Жданов, а прежде всего Отто Куусинен, который после Зимней войны с финнами в 1939–1940 годах вроде был вытеснен из большой политики на периферию и даже ушёл в тень, но в реальности продолжал оставаться весьма влиятельной в советской политике фигурой. Это четвёртая версия. По мнению Брезкуна, Суслов находился под сильным влиянием Куусинена. А тот, утверждал Брезкун, «фигура непрояснённая и тёмная». Примерно так же отзывался он и о Суслове: «Фигура очень тёмная по своим воззрениям и по своей роли в советской истории. При внешней ортодоксальности сегодня производит впечатление скрытого троцкиста, позднее – возможно, под влиянием Куусинена – перешедшего на позиции подготовки реставрации капитализма в СССР»[119].
Теперь вернёмся к тому фрагменту выступления Сталина на пленуме, который касался Секретариата ЦК. Обратим внимание на то, в какой последовательности Сталин перечислил состав этого парторгана. Маленков был назван вторым после Сталина. Что это означало на партийном языке? Это означало, что Сталин неофициально Маленкова утвердил вторым в партии человеком. А раз так, то именно он, по идее, и должен был сразу после пленума ЦК подготовить новую конфигурацию партаппарата, подобрав в нём места для каждого из новых сталинских выдвиженцев.
Маленков, думая, что получил от Сталина карт-бланш, попытался прибрать к своим рукам сразу и Оргбюро, и Секретариат ЦК, и даже Политбюро. Другими словами, он хотел оставить за собой кадры, планирование партработы и контроль за исполнением принятых решений. Но это ставило бы его на одну доску с вождём. В случае болезни Сталина Маленков превращался бы в хозяина Кремля.
А что Жданов? Своему давнему недругу Жданову Маленков предлагал отдать на откуп, по сути, только Агитпроп. Он рассчитывал на то, что, пока во главе Агитпропа будет давно переориентировавшийся на него Георгий Александров, Жданов окажется во всех своих действиях сильно скован.
Судя по всему, Маленков поначалу не придал большого значения появлению в Оргбюро новичков. Возможно, он полагал, что сразу придавит их своим авторитетом. Потом, ему же прекрасно было известно о давнем скрытом противостоянии Жданова и Кузнецова. По его мнению, оба секретаря быстро бы увязли в своих разборках.
Но Сталин не для того собирал Мартовский пленум, чтобы начать постепенную передачу всех дел Маленкову. Наблюдая за ним не один год, он склонялся к тому, что этот аппаратчик – весьма толковый исполнитель, но далеко не лидер. Партию и страну в случае чего должен был, по мнению Сталина, повести человек другого склада ума и характера. Но кто?
Распределение обязанностей в партийной верхушке Сталин произвёл 13 апреля 1946 года. За Маленковым он закрепил руководство работой республиканских ЦК и председательствование на заседаниях Оргбюро. Жданов, помимо пропаганды, получил в своё ведение вопросы внешней политики. А самые большие полномочия отныне отходили к Алексею Кузнецову. Это и ведение заседаний Секретариата ЦК, и подготовка кадровых назначений в партаппарате, в государственных органах и хозяйственных организациях, и оргработа… Другими словами, Кузнецов становился неформальным начальником партийного штаба.
В тот день, 13 апреля, Маленков лишился не только Управления кадров ЦК, которым руководил с марта 1939 года. Перемены произошли и в Оргинструкторском отделе ЦК, где до этих правил Михаил Шамберг, чей сын был женат на дочери Маленкова. Новым заведующим этим отделом Сталин утвердил Николая Патоличева, который был далёк от ближнего круга Маленкова.
