Руслан вел себя примерно так же: иногда отпускал шуточки, однако в друзья не рвался и лишний раз разговор не начинал. А тут он сам дождался Пилигрима у выхода из управления в конце рабочего дня и пошел следом за ним.
– Тебя ведь тоже не устраивает то, что нас чуть ли не на роль мальчиков на побегушках назначили? – полюбопытствовал богатырь.
– Мы выполняем свою работу, – осторожно отозвался Пилигрим. Он понятия не имел, проверка это или нет, а потому не собирался вот так легко откровенничать с Русланом.
– Мы выполняем бесполезную работу – а могли бы сделать больше! Давай начистоту: и ты, и я на плохом счету у собственного начальства, нас потому и объединили. Команда аутсайдеров, которых лучше держать подальше от по-настоящему важных заданий.
И снова не было никаких доказательств, что Руслан говорит правду, кроме одного: Пилигрим заметил, что другие богатыри и правда косятся на него странно. Они не избегали его, просто… Сложно сказать, как именно они к нему относились. Но не доверяли так точно.
Это было Пилигриму знакомо, он сам прошел через нечто подобное, когда объявили о его суде.
– Не скажешь, что ты сделал? – поинтересовался Пилигрим.
– Родился, – хмыкнул Руслан. – Не суть. Важно то, что мы оба можем быть по-настоящему полезны – и не будем, если не получим больше информации. Тебе не кажется, что это можно и нужно исправить?
– Каким образом?
– Я уже немного осмотрелся и могу сказать, что охрана у вас тут никакущая. Да и понятно, почему: кто полезет в отделение градстражи? А мы полезем. От тебя требуется отключить магическую сигнализацию и постоять на стреме. Я вскрою замки и копирую файлы. Что скажешь?
Сказать нужно было «нет». Громко, уверенно, потом уйти и никогда не вспоминать про этот разговор. А еще лучше – написать доклад Усачеву о том, что заезжий богатырь склонял его к преступлениям.
А Пилигрим так не мог. Он чувствовал: Руслан ему не врет, никакая это не проверка. И как ведьмар чувствовал, и как волколак. Ему ведь действительно хотелось во всем разобраться… Он слишком хорошо помнил, как Рада чуть не погибла при столкновении с лесовиком. Если разрыв в пространстве не будет устранен, такое повторится и неминуемо закончится очень плохо.
– Ты понимаешь, что будет, если нас поймают за этим? – угрюмо поинтересовался Пилигрим.
– Лучше и не начинать, список длинный получится, – хмыкнул Руслан. – Но лично я служу не ради наград и красивой карьеры. Так что? Пробуем или нет?
– Да уж… Рано я решил, что моя жизнь обойдется без суда…
Отделения градстражи никогда не пустели, главное – в первую очередь. Здесь всегда дежурили и оперативники, и следователи. Преступление могло произойти в любой момент, а уж ночью, когда просыпается большая часть нечисти, – тем более.
Но дежурные сосредотачивались в основном на первом-втором этажах. Верхние этажи, те, где находились кабинеты старших сотрудников и начальства, как раз пустели. Там были свои нормы безопасности, и стоило сюда сунуться постороннему, как завыли бы голоса десятков сирен.
Однако Руслан в своей ставке не ошибся: Пилигрим действительно знал, как такую сигнализацию отключить. Причем делал он это сложным заклинанием, и даже если бы систему не удалось запустить заново, преступление не стало бы очевидным. Просто тот, кто пришел бы утром в управление, подумал бы, что сигнализацию забыли активировать. Как будто раньше такого не случалось!
Так что они без труда проникли на нужный этаж, там Руслан взял дело в свои руки. Он уверенно направился к кабинету Усачева, явно не испытывая никакого трепета из-за того, что вторгается на территорию главы Минской Градстражи.
С замком он расправился на удивление ловко, Пилигрим даже не разглядел, как он это сделал. Градстраж предполагал, что возиться придется долго, подбирать отмычки, прислушиваться к щелчкам… А Руслан просто наклонился вперед, как будто хотел заглянуть в замочную скважину, и все – дверь открылась сама собой.
– Ты как это сделал? – нахмурился Пилигрим.
– Чудеса творю! Постой тут, я все скачаю.
– Там пароль, скорее всего, стоит.
– А на двери стоял замок, но она все равно открыта, – напомнил Руслан. – Давай не будем обсуждать препятствия, которые не имеют принципиального значения.
Такими умениями, пожалуй, можно было восхититься, а Пилигрим не стал. Навыки-то криминальные, если задуматься, богатырей такому не учат… Теперь ему было вдвойне любопытно, за что Руслана невзлюбили другие курсанты.
Но сейчас было не лучшее время, чтобы обсуждать это. Пилигрим замер у двери, прислушиваясь к ощущениям волколака внутри себя: зверь ночью воспринимал мир куда острее, чем человек. Внизу полно дежурных, однако они не насторожены, не похоже, что они что-то заметили. Они вполне могли почуять запахи Пилигрима и Руслана – и не придать этому значения. Потому что запахи сотрудников и так остаются в здании, ничего нового.
Руслан надолго не задержался, очень скоро он покинул кабинет и даже сумел запереть дверь. Казалось, что их миссию можно признать не то что простой, но хотя бы удачной… Однако радость оказалась преждевременной.
