Что было в этих словах — удовлетворение или скрытая горечь, Скворцова так и не поняла. Ей было невероятно сложно различать оттенки эмоций человека-тигра, как и нюансы выражения его лица. Всегда ровный и спокойный голос, за редчайшим исключением. Всегда невозмутимое лицо. Кто ты?.. Я сплю с тобой в одной постели и совершенно тебя не знаю…
Как выяснилось, Тасхона не собирался в ближайшее время «уносить в пески» ту часть тела, которая обычно ищет неприятности и приключения. С прошлой встречи купец практически не изменился, разве что добавилось морщин на лице и ворчливых выпадов в сторону слуг и приказчиков. Он как раз занимался вечерней приемкой товара на личном складе близ рыночной площади, когда пожаловали дорогие гости. Может быть, Ушлый Тасхона и побаивался человека-тигра, но Марине искренне обрадовался. Он не преминул упомянуть, как та хорошо выглядит и вообще…
— … вообще, это значит, хорошо устроилась? — Со смехом спросила Марина, от души обнимая старого пройдоху и желая ему всех благ и покровительства Картсам в торговле.
— Я имел в виду общество почтенного Тха-Джара. — В тон ей ответил купец, давая понять, что оценил шутку.
Тасхона не зря носил свое прозвище. От его пристального взгляда, привыкшего «на глазок» прикидывать содержимое кошелька покупателя, не могли скрыться и взаимоотношения между людьми. Он сразу понял, что между этими двумя — ожившим персонажем древних мифов Восточной Империи и белокурой женщиной из чужих земель, — есть плотская связь. Их жесты, мимолетные улыбки и прикосновения друг к другу были полны того неистового желания, что сопровождает подобную связь в самом начале отношений между мужчиной и женщиной. Не приходилось сомневаться в том, что любой косой взгляд или свист черни вослед это паре закончится для неосторожного шутника очень скверно. А еще, своим опытным взглядом изрядно пожившего на свете человека купец видел, что связь этих двоих обречена с самого начала существования.
Будь перед ним не Тхаг, а кто-то другой, попроще, Тасхона обязательно воспользовался бы ситуацией и предложил горящему страстью мужчине осчастливить свою любовницу дорогими тканями, золотыми безделушками и прочими мелочами, столь милыми сердцам особ женского пола. Но перед ним стоял именно Тхаг, и если его любовница предпочитает скромный (но, судя по качеству ткани и редкому оттенку индиго, весьма не дешевый) наряд наемницы — значит, так надо. Можно попытаться разве что в отношении продажи ножен для клинка, с лету видно, что от такого подарка эта женщина точно не откажется.
В Галле купец снимал небольшой, но очень уютный дом в квартале, довольно близком к княжескому дворцу; Скворцова уже побывала здесь с Аисой, когда они наведывались в гости к ее сестре. Он уже не стремился сопровождать каждый караван сам, выезжая лично только в том случае, если товар был особо ценным, а сделка — особо крупной. Да, возраст все же давал о себе знать, хотя демонстрация этого факта со стороны Тасхоны и была в разы преувеличенной. Конечно же, он предложил гостям ночлег, понимая, какой интерес вызовет это событие в среде его собратьев по ремеслу, и какие возможные выгоды реально будет извлечь из последующих слухов и сплетен.
Вечер с приятельским ужином прошел замечательно. Они вспоминали совместную поездку из Зорхатама. Тасхона в ярких красках описывал собственные чувства при нападении разбойников-свистунов и притворно сокрушался, что не догадался «слупить с чернобородого» тройную цену за гранаты, купленные некогда у пушеней. Будь тут Готтар, он непременно ввернул бы какую-нибудь едкую колкость.
— А как там у них; почтенный Тасхона? Как поживает Пушехвост и его очаровательная супруга? — Торопилась узнать Марина.
Выяснилось, что их маленькое королевство процветает, все так же специализируясь на изделиях тонкой работы, в особенности — на ювелирных украшениях, камни для которых добывают в глубоких шахтах, копать которые пушении большие мастера. Пушехвост и Пушинда обзавелись потомством в виде десятка толстеньких отпрысков. Сам Тасхона никогда не был в землях пушеней, они людей не особо жалуют, но торгуют в Зорхатаме по- прежнему. Лицо Марины затуманилось.
— Как мне хотелось бы их увидеть!.. — Грустно произнесла она. — А ведь мне нужно кое- что вернуть родовитой чете. Помните мой орден?
Она вынула из кармана на поясе упомянутую драгоценную награду.
— Мне пришлось вернуть не только это. — Очень коротко, опустив подробности и имена, пришлось рассказать о встрече с Путешественниками.
Купец выслушал гостью и поморщился.
— И знать не хочу о моем беспутном племяннике! С ними он или помер в куче песка — нет, не хочу знать! Жаль, что тебе пришлось расстаться с накидкой и прочим, но сожаление плохо заканчивается. Не горюй об одной вещи — найдешь другую. А вот что касается того наряда из странной ткани, который я выменял у тебя, почтенная, я его продал. Ох, за дорого продал!
Было очевидно, что собеседник не лжет. Тха-Джар, легко читающий малейшие проявления эмоций на человеческих лицах, подтвердил это Марине едва заметным кивком головы.
