Что бы он ответил, если бы подобный разговор происходил до пробуждения связи? Ничего. Потому что в его жизни не было людей, с которыми они были бы настолько близки, чтобы рассчитывать на подобный поступок. У Колесникова были личный врач и очередная любовница, всегда готовая утешить и выслушать. А что касается матери, Саша никогда не видел ее в расстроенных чувствах, за исключением тех дней, когда отец навсегда уехал в Стамбул. В тот раз он попытался ее поддержать, надеясь, что они смогут сблизиться, но в ответ услышал просьбу оставить ее в покое. Это было необычно – понимать, что теперь кто-то всерьез рассчитывает на твою помощь, а ты действительно хочешь ее оказать. Даже если придется ехать поздним вечером на другой конец города.
– Скажи адрес, я выезжаю.
– Спасибо! – в голосе Зои звучало искреннее облегчение. – Думаю, ты сможешь помочь ей лучше нас всех.
– Мне привезти лекарства? Или что-то еще?
– Просто побудь с ней какое-то время, а там решишь по ситуации.
– То-то она ничего не писала целый вечер, – пробормотал он себе под нос, пинком отбрасывая в сторону спортивные штаны, которые носил дома, и натягивая джинсы. Телефон он положил на стул рядом, включив громкую связь.
– Она и так боится, что покажется тебе навязчивой, – скажи спасибо той же твари. Эля всегда думает, что другим людям не до нее, а ты ведь ее родственная душа, – продолжала Зоя. – Самый важный человек на свете.
Саша качнул головой, не позволяя себе отвлечься на появившееся в груди щемящее чувство.
– Так какой адрес?
Он так давно не был в старых домах, что и забыл, какие там были маленькие подъезды и узкие лифты. Снаружи на фасаде облупилась краска и пошли трещины, но внутри было чисто. Саша поднялся на шестой этаж и повернул налево, к тяжелой черной двери, следуя указаниям Зои.
Он позвонил в старый звонок, и внутри квартиры раздалась короткая трель. Подождав немного и не позволяя панике завладеть собой окончательно, Саша нажал еще раз. Если бы что-то случилось, он был уверен, что уже знал бы об этом. Возможно, она спала или просто не хотела никого видеть. Он пытался звонить ей, пока ехал сюда, но она ни разу не взяла трубку.
– Эля, это я, – негромко сказал он, звоня в третий раз и отгоняя мысли о том, чтобы выломать дверь. К кому вообще обращаются в таких случаях? – Открой, пожалуйста.
Снова не получив ответа, он с тяжелым вздохом надавил на ручку двери. Неожиданно та поддалась. У Саши засосало под ложечкой, и, приоткрыв дверь, он заглянул в квартиру. Мрачную тесную прихожую освещал желтый свет, льющийся из распахнутой двери единственной комнаты. Оттуда же доносилось тихое бормотание.
Стараясь двигаться бесшумно, Саша инстинктивно нащупал в кармане ключи от квартиры и, сжав между пальцами, переступил порог. В воздухе пахло пряностями и уже знакомыми ему ванильными духами Эли. В полумраке он заметил пару кроссовок на обувном коврике, поверх которых были небрежно брошены знакомые туфли, и рядом на полу – раскрытую сумку. На тумбочке стояли фоторамки, с которых ему улыбалась Эля в компании девушки и парня – очевидно, Зои и Сени.
Саша осторожно прошел вперед и заглянул в единственную комнату. Напряжение и боль, казалось, ощущались даже в воздухе, и ему не хотелось поднимать шум. Эля лежала на кровати спиной к двери, завернувшись в клетчатый плед и сжавшись в клубок. Ее телефон он заметил на прикроватной тумбочке, под горевшей лампой, бывшей единственным источником света.
– …Я хорошо делаю свою работу, но не хочу оставаться на ней всю жизнь, – донесся до Саши ее шепот. – Но хотя бы подруга из меня хорошая. И, кажется, родственная душа. А может быть, она всегда была права и я вообще ни на что не способна. А, источник?
Голос звучал сипло, словно Эля плакала совсем недавно. Закончив эту странную речь, она шмыгнула носом и плотнее закуталась в плед.
– Эля, – не выдержав, позвал Саша. Эля замерла, а затем осторожно оглянулась через плечо. При виде ее заплаканного покрасневшего лица и растрепанных волос у него упало сердце. Она выглядела маленькой и хрупкой, как ребенок, и настолько не походила на саму себя, что он не решался подойти ближе и так и застыл в прихожей.
– Саша, – выдохнула она, переворачиваясь на другой бок. – Что ты здесь делаешь?
– Зоя позвонила. Сказала, что-то случилось.
Эля покачала головой.
– Я просто переволновалась. Это скоро пройдет.
– Конечно. Только необязательно быть при этом одной, – ровно заметил Саша, хотя был в корне не согласен с ее оценкой своего состояния.
– Ты же занят. Не нужно было ей тебя беспокоить. Откуда она узнала твой номер? Я его не давала.
– Сказала что-то про пиарщиков.
Эля растерянно заморгала и вдруг приподнялась на локте. Из-под пледа выглянул подаренный Сашей ворон, которого она все это время прижимала к груди. Это он был тем самым источником?..
– Как ты попал в квартиру?
– У тебя было не заперто. Я звонил, но ты не отвечала, а потом дверь открылась…
Он беспомощно умолк, заметив, что по ее щекам снова заструились слезы.
