Крыть было нечем. Пазл сложился. Ингрид знала, что в каждой семье на земле есть что-то такое, что бьёт по Междумирью, с последствиями чего земля сталкивается отдалённо и облегчённо. Девочка стояла как оглушенная: Нафан без сомнения высказал ей то, в чём она боялась признаться себе. В его глазах был вызов, будто он ждал от Ингрид оправданий.
– Всё равно, если земля существует, значит, так надо, – робко сказала она.
– На земле, я уверен, нет ничего прекрасного.
– Нет, есть… – с сомнением в голосе возразила девочка.
– Что например?
– Не знаю что, но я точно знаю, что есть.
Внезапно его лицо смягчилось:
– Нет, пожалуй, кое-что есть. Единственное прекрасное, что я увидел на земле… Точнее, не что, а кто… Это ты.
Ингрид и хотела ответить что-то ещё, но последняя фраза сразила её наповал.
– Прости, я пойду, мне надо побыть одному, – резко сказал Нафан и, развернувшись, пошёл в сторону Дворца.
Ингрид стояла в тишине заснеженного парка и смотрела вслед Нафану. Его силуэт таял между белёсыми деревьями и, наконец, исчез. Уже начинало темнеть, до последней трапезы оставался ещё час.
Она брела в сторону Дворца, ссутулившись и низко опустив голову. Девочка смотрела на мир сейчас глазами Нафана и видела, что земля очень сильно виновата перед Междумирьем за все потери. Нафан прав, однако Ингрид искала теперь ответ на другой вопрос: что по-настоящему прекрасное есть на земле? То, что оправдает землю? Но ответа пока не находила.
Настроение было гнусным. Когда Ингрид вернулась во Дворец и увидела Хельгу, Артемиду, Эдварда и Улава, стало ещё сквернее. Они сидели с угрюмыми лицами. Каждый из них проводил кого-то на сегодняшнюю битву. Ингрид даже стало как-то неловко, что в отличие от них, ей некого ждать оттуда. Если не считать Георга Меркурия, конечно.
Вечером можно было свободно идти в термы без записи. Их готовили с самого утра, а к вечеру, когда половина наместников Дворца отправились на сражение, места освободились. Греться пошли все оставшиеся. Банщица Евдокия сидела, как обычно, на своём вечернем посту, её глаза были красные и отёкшие. Несмотря на это, она пыталась поддерживать себя как могла.
– Вот и вы пришли, мои хорошие, – обращалась она ко всем, кто приходил в термы, – правильно, надо смыть с себя усталость и печаль. – В этом месте она вздыхала и прикладывала платок к глазам.
Артемида, Хельга и Ингрид по обыкновению пришли вместе, к ним присоединились Сольвей и Инга. Несмотря на то, что первые две проводили своих старших братьев и сестёр на битву, они оказались собранней – им даже пришлось уговаривать Ингрид пойти с ними в термы.
Сначала они сидели и молчали, потом заговорила Хельга.
– Ингрид, прости, что мы такие подавленные сидим. Мы все очень страшимся, когда Харальд приходит.
– Краснобородый такой страшный?
– Нет, Краснобородый замечательный, – быстро ответила Хельга. – Моя бабушка выходит из рода Тиров.
– Дело не в Харальде. Просто когда его дракар опускается к галереям Дворца, это означает только одно: срочную мобилизацию, – сказала Инга.
– Обычно, – продолжила Хельга, – если начинаются военные действия, у нас есть несколько дней, чтобы стянуть войска и поднять воинов. Но если дракар подходит сюда, у нас лишь несколько часов и отправляются те, кто успевает собраться и сесть в лодку. Тут всегда дежурят опытные служивые на такой случай.
– Это происходит тогда, когда прорыв внешнего поля уже произошёл, – пояснила Инга.
– А поле – это что?
– Поле, – уточнила Инга, – разделяет космос и море, о котором я уже говорила.
– В конспекте по истории это названо сферой.
– Сфера, поле, граница моря, исход… По-разному называем, – сказала Артемида, поскольку именно с её конспекта это прочитала Ингрид.
– Мне каждый раз так страшно, когда проходит такая мобилизация, – сказала волоокая Сольвей.
– Но оттуда ведь возвращаются живыми? – Ингрид заволновалась тоже.
– Конечно, возвращаются, – утвердительно произнесла Инга.
– А иногда и не возвращаются, – ответила Артемида.
Повисла пауза, Хельга взяла на себя ответственность её заполнить:
– Ингрид, в нашем мире демонические атаки происходят регулярно. Каждый год – минимум. Обычно, если не происходит прорыва, то и битв не происходит, надо просто укрепить внешнюю сферу и разогнать тёмную энергию, которая там копится. Границу моря патрулируют отряды Харальда. И, как правило, они же и следят за течением энергий по ту сторону сферы. Если тёмные сгустки образуются с другой стороны, а их ведь видно, им хватает собственных сил, чтобы рассеять этот поток. Но когда происходит прорыв, то там уже силами одних только магов не обойтись.
– И что же тогда?
– Тогда у тебя в запасе не более суток, чтобы доставить рыцарей.
– Что такое происходит, из-за чего нужны именно рыцари?
– Дело в том, что демоны за внешней сферой – бесплотные духи, которых можно одолеть с помощью заклинательных формул, магией рассеивания или очищения. Прорывая сферу и попадая в слой моря, они становятся сильнее, а попадая через границу моря уже во внешние воды Междумирья, тогда обрастают плотью, и тут уже без рыцарей их не одолеть.
– Жуть какая!
