Миры Уильяма Моррисона. Том 3 полностью

Ночью разгрузка корабля продолжалась, прерываемая лишь короткими периодами отдыха, которые позволяли охранники. Тогда работающим разрешалось сесть, опершись на стволы странных, неземных деревьев или на фюзеляж корабля, одного из тех, что доставили их в этот чужой мир. И Марко, улыбаясь своей уродливой улыбкой, видел силуэты товарищей на фоне ночного неба, и чувствовал отвратительную радость при мысли о том, что он и его товарищи — с телами, деформированными по нормальным человеческими стандартам, руками и ногами слишком длинными, а головами слишком крупными, — жили только для того, чтобы угождать своим маленьким хозяевам, которые одновременно были настолько величественными, что имели право на слова и поступки, и единственные могли считаться людьми.

Ночью, во время одного из периодов отдыха, прислонившись спиной к обшивке корабля, Марко подслушал беседу между командиром экспедиции и лейтенантом.

— Я заметил, сэр, — сказал молодой лейтенант, — что еще с вечера низшие начали разгрузку корабля. Но это же не вы отдали такой приказ?

— Этот приказ отдал я, — твердо сказал командир. — Только не говорите, будто вы не знали, что мы остаемся.

— Остаемся? — недоверчиво переспросил лейтенант. — Остаемся здесь, капитан? Но мы же упустили цель, сэр. Вы же сами сказали, что мы заблудились в космосе.

— Тоже верно. Но как знать, может, это перст судьбы — если вы верите в подобное. Видите ли, лейтенант, утренняя разведка ближайшей территории показала, что эта планета почти так же пригодна для жизни, как и Земля. Так зачем нам и дальше рисковать не только с дефектной навигационной системой, но и с планетой, о которой мы все равно почти ничего не знаем? Нет, лейтенант, мы создадим колонию здесь.

— Но если эта планета похожа на Землю, — а я согласен, что это так, — только на ней нет людей, то не слишком ли мало нас ждет здесь приключений? — разочарованно спросил лейтенант. — Я хочу сказать, сэр, не слишком ли здесь будет уныло?

— Уныло? — рассмеялся капитан. — Я очень сомневаюсь в этом. Нам предстоит много работы. Мы, офицеры, должны выполнить задание правительства, и с помощью низших сделаем это.

— Да, кстати, капитан, о низших. Когда разгрузка будет закончена, мы же убьем их, сэр, не так ли?

— Вам известна моя политика, — голос капитана стал строгим.

— Никого нельзя убивать без крайней необходимости.

— Но это и есть крайняя необходимость, сэр. Нас только пятьдесят человек, мужчин и женщин. И низших тоже пятьдесят. Но вы же знаете, как они размножаются.

— А вы хотите, чтобы мы использовали роботов? — спросил капитан. — Лично я бы предпочел, чтобы роботы лучше оставались ржаветь. Они не столь полезны, как низшие.

— Но эти существа могут быть опасны, сэр.

— Не волнуйтесь, лейтенант. Мы сумеем ими управлять. Вспомните, наши предки экспериментировали целых пять веков, и именно в наше время были получены прекрасные результаты. У них есть физическая сила, а также желание подчиняться. У нас есть разум. Это своего рода равенство, не так ли?

— Но я все равно думаю, что лучше избавиться от них, сэр, прежде чем они превзойдут нас численностью.

— У нас есть разум, — повторил капитан. — Поэтому мы — суперы — должны повелевать. И мы никогда не должны убивать без крайней необходимости.

Марко услышал все это и понял, о чем говорили эти двое. Но мозг его мог понять лишь общий смысл разговора капитана и лейтенанта. И когда он продолжил разгрузку оборудования, то чувствовал, что согласен с обоими, и все, что сказали суперы, было бесспорно правильно.

Когда Марко продолжил работу, к нему вернулось прежнее желание. Он хотел не просто хорошо относиться к суперам, независимо от их звания или уровня ответственности. Он хотел не просто выполнять их приказы и защищать от опасностей. Любому человеку показалось бы это невероятным, но у Марко была своя мечта. Больше всего в этой маленькой Вселенной он хотел спасти супера от смерти, а если понадобится, и отдать за супера собственную жизнь. Эта мечта была у него с тех пор, как Марко помнил себя, и всякий раз, когда он о ней думал, она казалась ему еще более жизненно важной. Но он хранил ее в тайне и работал, не привлекая внимания.

Разгрузка закончилась только под утро, и низшие соорудили себе лежанки из мертвых листьев странных деревьев. В то время, как суперы спали на удобных кроватях, Марко и его сотоварищи приняли судьбу, не ощущая никакой несправедливости. Марко любил суперов, лелеял свою мечту, но о себе вовсе не заботился.

Когда остальные уже уснули, Марко лежал с открытыми глазами. Из окрестных джунглей доносились не слышанные ранее звуки — странные крики, вопли и визг, которые, как предположил Марко, издавали какие-то животные. Звуки казались уродливыми — а все уродливое было плохо для суперов. Сам Марко не боялся. У него была мечта, но не было способности планировать ее развитие.