– Конечно. И револьвер, и маленький самозарядный пистолет. И разрешения на них тоже имеются.
– Верно. И они оба у вас до сих пор?
– Разумеется!
– Так. Я вас уже предупреждал, мистер Малиновский.
– А-а, пресловутое полицейское предупреждение! Все сказанное вами может быть использовано против вас в суде.
– Не совсем точно, – мягко возразил Дед. – Да, использовано, только не против. Вы не изменили своего мнения на сей счет?
– Нет, не изменил.
– И вы не хотите пригласить своего адвоката?
– Терпеть не могу адвокатов!
– Что ж, есть люди, которые не любят адвокатов. Так где же ваше оружие?
– Полагаю, вы и сами прекрасно знаете! Пистолет – в бюварном ящичке моего автомобиля, того самого «Мерседеса-Отто», номер FAN 2266. А револьвер – дома, в ящике стола.
– Насчет второго вы правы. А вот что касается пистолета – его в вашем автомобиле нет.
– А я говорю – он там! Слева!
Дед покачал головой.
– Возможно, он там когда-то и был. Но сейчас его там нет. Это он, мистер Малиновский?
Он протянул через стол маленький пистолет. Ладислав Малиновский с изумлением взял его в руки.
– Да-да. Это он.
– Нет, мы его не брали. Мы нашли его в другом месте.
– Где?
– Мы нашли его на участке Понд-стрит, а эта улица, как вам известно, находится возле Парк-лейн. Его мог выронить идущий или бегущий по этой улице человек.
Ладислав Малиновский пожал плечами.
– Никакого отношения ко мне это не имеет! Я его не ронял. Он лежал в моем автомобиле. Во всяком случае, он был там пару дней назад. Никто же не проверяет каждую минуту, там ли положенная им вещь!
– Известно ли вам, что из этого пистолета стреляли в Майкла Гормана в ночь на двадцать шестое ноября?
– Майкл Горман? Не знаю я никакого Майкла Гормана.
– Швейцар в отеле «Бертрам».
– Ах, это тот, кого убили! Я читал об этом. И вы уверяете, что стреляли из
– Это не чепуха. Это установлено баллистической экспертизой. Вы достаточно разбираетесь в огнестрельном оружии, чтобы знать – на эту экспертизу можно положиться.
– Шьете мне убийство, да? Знаем вас, полицейских!
– Видимо, вы хорошо знакомы с нашей полицией, мистер Малиновский?
– Вы что же, считаете, это я застрелил Гормана?
– Пока мы лишь ждем ваших показаний. Обвинение еще не предъявлено.
– Однако вы думаете, что я застрелил этого ряженого в военной форме? С какой стати? Денег я у него не одалживал. Зла против него не имел!
– Убить хотели молодую леди. Горман заслонил ее собой и получил пулю в грудь. Речь идет о мисс Эльвире Блейк. Мне кажется, вы ее знаете.
– Вы хотите сказать, что кто-то намеревался убить Эльвиру из моего пистолета?
– Вы могли с ней поссориться.
– Вы думаете, что я поругался с Эльвирой и стрелял в нее? Какая дичь! С чего бы я стал стрелять в девушку, на которой собираюсь жениться?
– Вы заявляете это официально? Что собираетесь жениться на мисс Блейк?
Секунду-другую Малиновский колебался. Затем, пожав плечами, сказал:
– Она еще слишком молода. Окончательно это не решено.
– Может, она обещала выйти за вас, а потом раздумала? Она
– Зачем мне было желать ее смерти? Либо я влюблен в нее и хочу жениться, либо нет и делать этого не обязан. Все так просто! К чему же мне ее убивать?
– Слишком мал круг лиц, которых можно назвать ближайшими родственниками и которые могли бы желать ее смерти. – Дэви сделал маленькую паузу и затем добавил почти небрежно: – Ну, есть, конечно, ее мать.
– Что? – Малиновский вскочил. –
– Она ее ближайшая родственница и, значит, наследница огромного состояния.
– Бесс? Бесс убивает ее из-за денег? Да у нее полно денег от ее американского мужа. Достаточно, во всяком случае.
– Достаточно – не то же самое, что огромное состояние! – заметил Дед. – Из-за таких денег люди, случается, убивают, матери детей, дети родителей.
– Я говорю вам, вы сошли с ума!
– Так вы говорили, что, быть может, женитесь на мисс Блейк? А вдруг вы уже на ней женаты? Тогда бы
– Какой еще вздор придет вам в голову! Нет, я не женат на Эльвире. Она красивая девушка. Она мне нравится, и она в меня влюблена. Да, это я признаю. Мы с ней познакомились в Италии. Хорошо провели время. И ничего больше – вы меня поняли?
– В самом деле? Но вы только что сказали, что собираетесь на ней жениться.
– Вроде того.
– Вроде чего?
– Сказал потому, что это звучит благопристойно. Ведь вы все такие ханжи в этой стране.
– Это объяснение не кажется мне удовлетворительным.
– Да вы ровно ничего не понимаете! Ее мать и я – мы любовники, я не хотел этого говорить, а потому сказал, что собираюсь жениться на дочери. Звучит вполне по-английски и вполне пристойно.
– Однако не совсем правдоподобно. Вы очень нуждаетесь в деньгах, мистер Малиновский?
– Дорогой мой инспектор, я всегда нуждаюсь в деньгах. Это очень печально.
– И все же, насколько я знаю, несколько месяцев назад вы буквально сорили деньгами.
– А, у меня была полоса удач. Я ведь игрок. Это я признаю.
– Ну. И что же это за полоса удач?
