— Но кто же убил его?
— Я не думаю, что он мертв, — ответил Том.
— Тогда, значит, его похитили?
— Не знаю. Может быть, вместе с картиной. Трудно сказать. А где Бернард?
— Он ушел в свою комнату.
Том тоже поднялся на второй этаж. Дверь Бернарда была закрыта. Постучав, Том услышал в ответ неразборчивое бормотание.
Бернард сидел на краю постели, стиснув руки. У него был вид сломленного и обессилевшего человека.
— Все прошло хорошо, Бернард. — Том постарался произнести это как можно бодрее, насколько это было уместно в данных обстоятельствах. — Tout va bien.[47]
— Это провал, — сказал Бернард с несчастным выражением в глазах.
— О чем ты? Ты был просто великолепен.
— Это провал. Потому-то он и задавал все эти вопросы о Дерватте. О том, как его найти в Мексике. Провал для Дерватта и для меня.
Более отвратительного застолья Том не помнил — с ним мог сравниться разве что обед с родителями Элоизы, после того как она сообщила им, что они с Томом поженились. Но на этот раз все хотя бы длилось не так долго. Бернард пребывал в беспросветном унынии, подобно актеру, который уверен, что провалился на сцене, и не воспринимает никаких слов утешения. К тому же как человек, выложившийся до предела, Бернард испытывал полный упадок сил, — То́му это было знакомо.
— А знаете, — сказал Крис, прихлебывая молоко, которое он пил вперемешку с вином, — прошлой ночью я видел, как какой-то автомобиль выезжал задом по этой дороге из леса. Где-то около часа ночи. Может быть, это ничего и не значит, но фары у него были притушены, будто водитель не хотел, чтобы его заметили.
— Какая-нибудь парочка, наверно, — отозвался Том. Он боялся, что Бернард бурно отреагирует на это, — от него всего можно было ожидать, — но Бернард, казалось, даже не слышал слов Криса. Извинившись, он поднялся и покинул их.
— Черт, просто смотреть невозможно, как он расстроен, — сказал Крис, когда Бернард уже не мог его услышать. — Ну, мне пора двигать. Надеюсь, я не доставил вам слишком много хлопот.
Том хотел уточнить расписание поездов, но у Криса родилась свежая идея. Он решил добраться до Парижа автостопом, и отговорить его было невозможно. Он был убежден, что это будет захватывающее приключение. Спустившись с чемоданами в руках, Крис зашел на кухню попрощаться с мадам Аннет.
Они направились к гаражу.
— Пожалуйста, передайте от меня Бернарду наилучшие пожелания, ладно? — попросил Крис. — Его дверь была закрыта, и я подумал, что он не хочет, чтобы его беспокоили, но мне было бы неприятно, если бы он счел меня неотесанным чурбаном.
Том заверил его, что объяснит это Бернарду, и вывел «альфу-ромео».
— Вы можете высадить меня в любом месте, — сказал Крис.
Том решил, что лучшим местом будет парижское шоссе возле Монумента в Фонтенбло. Криса вряд ли можно было принять за кого-либо иного, кроме молодого американца на каникулах, не бедного и не богатого, и Том был уверен, что ему не придется долго ждать попутной машины до Парижа.
— Я позвоню вам через пару дней, ладно? — спросил Крис. — Мне очень интересно, что будет дальше. В газетах я тоже буду читать об этом, конечно.
— Давай лучше я тебе позвоню. Отель «Луизиана», улица Сены?
— Да. Вы просто не можете себе представить, как это было здорово — побывать в настоящем французском доме.
Как раз это Том представлял себе очень хорошо — по собственному опыту. На обратном пути он вел машину быстрее обычного. Он испытывал сильное беспокойство, хотя и не понимал, чем оно вызвано. Он уже давно ничего не слышал от Джеффа с Эдом, но созваниваться с ними сейчас было бы неосторожно. Том подумал, что лучше всего было бы, если бы Бернард остался на какое-то время у него. Это, конечно, сопряжено с определенными трудностями. Но в Лондоне Бернард опять столкнется с выставкой Дерватта, плакатами на улицах, а также Джеффом и Эдом, которые сейчас, вероятно, и сами порядком взвинчены. Поставив машину в гараж, Том прошел прямо к комнате Бернарда и постучал.
Никакого ответа.
Том открыл дверь. Постель была застлана точно так же, как и утром, на покрывале даже осталось небольшое углубление в том месте, где присаживался Бернард во время разговора с ним. Но вещи Бернарда исчезли — рюкзак, невыглаженный костюм, который Том повесил в шкафчик. Нигде никакой записки. Том заглянул в свою комнату. Там Бернарда тоже не было, только мадам Клюзо орудовала пылесосом. Том сказал ей:
— Bonjour, madame.
Том спустился на первый этаж.
— Мадам Аннет!
Она была в своей комнате. Том постучал и, услышав ее голос, открыл дверь. Мадам отдыхала на постели под лиловым вязаным покрывалом, читая «Мари Клер».
— Не беспокойтесь, мадам. Я только хотел спросить, где мсье Бернард.
— А разве он не в своей комнате? Может быть, вышел на прогулку?
Том решил не говорить ей, что Бернард, похоже, убыл в неизвестном направлении, с вещами.
— Он ничего не сказал вам?
— Нет, мсье.
— Ну и ладно. — Том выдавил из себя улыбку. — Не будем забивать себе этим голову. Мне никто не звонил?
— Нет, мсье. А сколько человек будет сегодня на обеде?
