— Так, сваливаем по-быстрому. — Данила подхватил Яну под локоть и потянул через детскую площадку к выходу со двора. Первые несколько шагов они просто шли, а потом Данила побежал, и Яна почему-то побежала вместе с ним.
В последний раз она бегала не на беговой дорожке, когда они с Димой и Ромой спасались от пожара в офисе. Воспоминания неожиданно не были неприятными. Наоборот, тогда она чувствовала поддержку ребят и была частью их сумасшедшей группы, пытавшейся выжить в безнадежной ситуации.
Данила выпустил ее локоть и схватил за руку, продолжая тянуть за собой. Яна не успела оглянуться, как они перебежали дорогу в неположенном месте, свернули за угол и оказались у входа в кафе.
— Стой! — Она остановилась, и Даниле пришлось последовать ее примеру. — Куда мы бежим?
— Просто. — Он пожал плечами. — Ты давно бегала?
— Что? — Яне вдруг показалось, что мир немножко свихнулся. Или она в нем свихнулась.
— Бегала давно? — невозмутимо повторил Данила. В отличие от нее, он дышал почти нормально.
Вопрос был забавным, учитывая, что именно о своем последнем забеге Яна только что вспоминала.
— Я бегаю дважды в неделю на беговой дорожке, — отрезала она и вдруг услышала в своем голосе мамины интонации.
— Пф. Тут парк рядом и набережная. А ты бегаешь на беговой дорожке? Немудрено, что ты немного… это…
— Что «это»? — Яна снова сложила руки на груди.
— Странная немного, — весело произнес Данила и примирительно поднял ладони. — Не обижайся. Я просто пытаюсь тебя отвлечь.
— От чего? — скептически уточнила Яна.
— От невеселых мыслей. Бег — лучшее средство не только от инфаркта, но и от невеселых мыслей.
— Откуда ты только взялся такой умный?
— Я твой сосед, — очень серьезно ответил он, будто она могла забыть. — Вчера тебе конвертик отдавал. Караулил до ночи, чтобы не пропустить твое возвращение.
Яна нахмурилась.
— Звучит маньячно.
— Сказал человек, который думает о зомби-апокалипсисе, — усмехнулся он. — Ладно. Пойдем в кафе. Заодно, может, созреешь рассказать, что у тебя стряслось.
Яна не собиралась созревать и в кафе не собиралась, но спустя десять минут уже пила ароматный капучино за маленьким столиком, наблюдая за тем, как едва знакомый мужчина уминает двойную порцию сырников и агитирует ее за то, чтобы начать бегать с ним по утрам.
Бегать она, конечно же, тоже не собиралась. Но почему-то некстати вспомнился разговор с Романом о том, что у нее совсем нет друзей и что она не может придумать, где и с кем знакомиться. А тут вот оно — знакомство, само идет в руки. Почему бы и нет?
Она разглядывала Данилу и так и этак, пытаясь отыскать доводы, чтобы отказаться от его предложения. Отказаться, конечно, можно было и просто так, но ей почему-то важно было найти причину хотя бы для себя. Причина не находилась, потому что Данила, в сущности, был прав. Совместная пробежка ни к чему не обязывала. Зато так проще было войти в бег. А это все-таки отличное хобби, полезно для здоровья, да и компания опять же.
Данила несколько раз поднимал на нее вопросительный взгляд, будто проверяя, созрела ли она, чтобы поделиться личным. А может, просто не привык к таким молчаливым девушкам. Яна же думала о том, что до этого ни разу не была в кафе с малознакомыми людьми. Ну разве что с Димой. Но там ей было дико интересно его слушать, на него смотреть, потому что он был ее братом и ей очень хотелось получше его узнать. Да и просто нравилось быть рядом. С Данилой такого не было и близко. Он ощущался посторонним человеком, но при этом не вызывал неприятных эмоций, и Яна не понимала, как поступить. На работе она постоянно общалась с незнакомыми людьми: в переписках, в созвонах, в личных встречах. В конце концов, она работала ассистентом руководителя, а Лев Константинович был очень деятельным боссом. Но на работе все было иначе: у Яны был четкий алгоритм, выработанный еще под руководством мамы. Она была вежлива, готова помочь в разрешении спорных моментов, но при этом оставалась отстраненной и, главное, знала, что в нерабочее время никогда не пересечется ни с кем из партнеров и конкурентов Крестовского. Здесь же перед ней сидел сосед, с которым она видится уже второй раз за последние двенадцать часов. И как быть?
Данила неожиданно встал и направился к барной стойке. Яна проследила за ним с недоумением, потому что свой завтрак он все еще не доел, но, похоже, уже пошел за добавкой. Еще большее недоумение она испытала, когда спустя пару минут к столику подошла официантка и поставила тарелку с румяными сырниками уже перед Яной. Рядом выстроились розетки с клубничным джемом, шоколадным сиропом, сметаной и корзинка со свежими ягодами.
— Просто поешь — и утро исправится. Поверь, — невозмутимо сказал Данила, стоило официантке отойти.
Эта неуклюжая, но такая уверенная забота со стороны Данилы неожиданно ее согрела. Яна поймала ложечкой от кофе чернику в корзиночке и засунула в рот.
— Ты странный, — заметила она.
На что он молча отхлебнул из большой чашки черный чай.
Спустя два сырника со сметаной и корзиночку ягод Яна неожиданно решилась.
