Отличие живописи от рисования (и от правил хорошего поведения) - неважно, как оно нарисовано и с кем ты там сидишь, а важно - как ты отклоняешься в тени виноградных ветвей.
О, СКОЛЬ ВЕЛИКИ МОГУТ БЫТЬ КРУЖКИ в ТЕНИ КУСТОВ!
И еще здесь должны быть продуманы многочислен-
ные варианты условностей, их новая конфигурация:
- условность светотеневого рисунка;
-условность выражения эмоций (все эти «всплески», «выплески», «визии», «смерчи») - орнаментация эмоций;
- условность дружбы - «совместное сидение», условность девиации - «он отклонился в тень» нт. п.
12.06
Я обратил внимание, когда был последний раз в Москве, что на поэтах там еще лежит ветер веселого несчастья, любви-люблянушки. С ними можно общаться. В отличие от художников - выхолощенных буржуа. Как трусы у голкипера.
13.06
Какая была у Победоносцева игра, -какой там был «персьют»!?
Лыжные гонки были?
Мама в школу не позволяла, не могла -
вот такое там созерцание было!?
Вот такая Непрядва расцвеченная.
В чем суть этих стихов? В торкающемся пестром созерцании. Или, точнее, в созерцании, не могущем найти, определить свою пестрость, решить - то ли оно «матушка», то ли «ой, не шей ты мне, матушка, пестрый сарафан». Вот такое Хлестаков оно, в желудок пойдет, близкий к сердцу. Плетикоса.
Хлестаков-Победоносцев-Вишну-Кришна [уродливый]. Все равно идешь к мальчику внутри горы.
14.06
Тициан, «Три возраста». Девушка держит в каждой руке по флейте, чьи звуки, как считалось, пробуждают мужское желание. Так сказано в комментарии. Но когда срисовываешь, особо обращаешь внимание на бессмыс-
ленность двух одинаковых флейт, и на то, что одна из них буквально исходит из естества парня. Так что это гораздо непосредственнее, вроде версии «Дарьи-многостаночницы», часто рисуемой в сортирах. Я думаю, во время Тициана это воспринималось именно так, и всякие Гонзаги с хохотом хлопали себя по ляжкам. Просто порнографическая сцена, выполненная в чудесной живописной программе возрождения античности.
15.06
Штудии японской живописи: «Солнце льется прямо с крыш - в потоке солнечного света, Мацубуро, ты стоишь», - что-то такое. Точнее, стоит Цураюки (Ки-но). В общем, Хакамада стоит.
Я тоже работаю - больше клацаю, как Воццек, - в Лебединском подворье, в юбочке из перьев, но никто на мое клацанье особого внимания не обращает. Я - даос, не могущий улететь из Лебединского подворья, в юбочке из перьев, лишь клацающий понапрасну, но никто на мое клацанье внимания не обращает.
16.06
Увидел в витрине книжного магазина детскую книжку «Пересказ Илиады и Одиссеи». Судя по толщине, они уместили содержание обеих поэм страниц в тридцать. Однако дело не в этом. На обложке красуются ахейские герои со щитами и копьями верхом на конях. Верхом! Когда в мое время всякий ребенок, увлекавшийся Древней Грецией, знал, что конница появилась у греков только во времена Александра Македонского, что верхом они не ездили, и поэтому были так поражены, впервые увидев скифов, приняв их за кентавров, и пр. и пр. И кому могут быть нужны мои «Моабитские хроники», если греки верхом на конях?! Причем не в какой-то дурацкой рекламе, а в ответственно изданной детской книжке, в самой, наверное, сегодня «культурной» стране Европы -Германии! В общем, это конец мира, моего мира.
Так записал в дневнике мрачный стареющий Лейдерман.
17.06
Встречался с Вадиком. Все шло ничего до того момента, как он стал намекать на «политическое» высказывание в своей работе на Венецианском бьеннале. И тут же - не замечая противоречия - что он, конечно, мог бы и отказаться, но «не хотел подводить Стеллу». Такую трепетную Стеллу! Она даже заплакала, когда узнала, что русский павильон не получит приза!... Тут уж я не выдержал.
18.06
Я хотел бы представить себя маленьким негритянским мальчиком - воспитанным, и его спрашивают из темноты: «Ну а что ты читать любишь?» - «Люблю вот то да се...» - «А стихи любишь?!» - «Стихи люблю!».
19.06
Живопись - рисунок, композиция и т. п. здесь не в своей опере. Надо, наверное, обладать пониманием, где ставить темное, где - светлое, и как «соединять планы». Однако суть живописи в созерцании (патос) и акции (орнамент). И нежная мягкость красок между ними, вписывающая одно в другое. Или совсем не нежная.
Картина несет в себе свой собственный вихрь (Тинторетто). «Инсталляция» никогда не может быть таким появлением в себе, поскольку она - реди-мейд, чьи части привезены со склада. Соответственно, представлять событийность она может только в форме театрального действа, свершившегося скандала, имущественного спора - будь то коммунальный анекдот у Кабакова или новорусское развлекалово (Захаров, «Купидон»).
Ито Якучу открывал бесконечные горизонты свободы в изысканных повторах - лепестки, листья, треугольные тела петушков, арабески хвостов, глазки, венчики цветов.
21.06
Он ушел, но потом, в 15-16 часу он вернулся, он возвращался еще несколько раз, он качал головой: «Ах, Юрка, что ты с собой сделал!». Это был я сам - в автопортрете, который называется «Расцветание колеса». Именно так: глупое, безграмотное «расцветание».
22.06
