ный концептуализм хранит великую честность искусства, поскольку не претендует на нее. Однако с искусством история человечества становится совсем другой. Потому что искусство есть Путь непосредственный, деяние и превращение. Но если они исчезают, то Забвение и Измена становятся уже не жертвами, дарами во славу отдаленного, но тупым быдлянским беспамятством, обыденностью бездарного.
Да, это тема Миро - как возможно искусство, когда уже нет Авангарда, нет Революции. Постмодернистский ответ даже не обсуждается. Ответ Деррида, ответ книжки «Мифы о современном искусстве» (Р. Краусс) не обсуждаются.
29.12
Я раздумывал, какую картинку поместить на «экран», разглядываемый Датской Королевой и ее учениками. Думал сначала, нечто вроде контура гор и нескольких сосен.
Вдруг я будто услышал чей-то голос:
- Кабай придет! Кабай напишет!
- А что, он хорошо владеет кистью?
- О, он владеет ею как никто!
(В этом имени мерещится какой-то персонаж из «Моби Дика», но, наверное, голос имел в виду Иана Кабая -французского опорника, лидера «Ньюкасла». Завтра они играют с «Арсеналом». Уж не знаю, как кистью, но своими ногами он владеет классно).
(Ни Кабай, ни я сам так там ничего и не написали. Два года спустя я отрезал от этой картинки Датскую Королеву и оставил только подростков перед пустым голубым экраном. Она стала называться «Мальчики в кинотеатре»).
30.12
Для съемок в Барселоне
Три персонажа, они могут играться одним актером, просвечиваться и ассоциироваться друг с другом, как души у Клоссовского.
- Миро в Барселоне (ставший, успешный художник);
- В. Кондратьев в СПб (ставший, но безуспешный художник);
- Дима Булычев в Нью-Йорке (неставший художник).
Что вообще заставляет человека становиться художником? Он «слышит зов»? Это случайная компания? Это «рыбак рыбака издалека видит»? (как сказала мудрая врачиха-психиатр моему дедушке, когда он сетовал, что, дескать, плохая компания меня сбивает с толку).
03.01
Вместо планируемого тихого Нового Года, получилась обычная смутность и слякоть. 30-го вечером вдруг позвонил Д-кий и пригласил на ужин со свой новой подругой, круглоглазой девушкой Мусей. Кончилось тем, что мы с ним напились, и по причине какого-то несогласия - то ли из-за Украины, то ли из-за его пребывания в свое время в «левом МОСХе», то ли все вместе - я обозвал Д-кого «жидовской мордой», а он вдруг страшно оскорбился и потребовал покинуть его жилище.
На следующий день опохмелился и поперся на встречу Нового Года с компанией Ники в ее кондитерской на Аугустусштрассе. Там произносил длинные монологи, рассказывал о себе, Одессе и Украине - всем, кто хотел и не хотел меня слушать.
На следующий день, опять с похмелья, смотрел советские фильмы. Поразительно, насколько затягивает эта гнилая ностальгия.
2-го числа уже было лучше. Смотрел «Песни Мандре-на» - легкость и свет, как если представить себе юного, веселого, 15-летнего Сашу Бренера, и без всех его чернушных, неврастенических закидонов.
04.01
«Ты пишешь не картину, но площадки созерцания». Да, не «площадки обогрева», каку «Медгерменевтики» -не теплый коммунальный пердеж.
Этакая старая карга (Сога Шохаку), что расставляет заливки на камнях, на деревьях мазками кисти, именуемыми «удар топора»:
- Может показаться со стороны, что меня интересуют тени. Но вы у меня попляшите - тени меня не интересуют!
05.01
Наткнулся в интернете на фотографии светского празднования 80-летия Булатова. Полный паноптикум! В стиле певицы Валерии. И это же надо, в 80 лет, заканчивая жизнь, оказаться в такой банде. Зачем? Пытаясь доказать, что ты не менее крут, чем Кабаков? Господи, а я ведь вступал в этот круг с грезами о Ли Бо и Хакуине!
07.01
Стихи к рисунку в стиле укиё-э:
Вот и лето прошло, словно и не бывало, Ходорковского выпустили из Стамбульского плена, Неразличимая ясность лиц Утамаро -
Лиса, оборачивающаяся через колено.
Еще одно на японскую тему:
- А он - громоздкий и жестокий...
- Кто? - Гэндзи-принц.
- Но все же не христианский прессинг?
- Нет, не христианский. Шум линии в ночи
и ткань, что обернулась вкруг колена.
- Ау меня сколько звезд? - спросила Света.
Или спросила Лиля?
Ох уж эти японские ткани, звездочки и пояса!
09.01
У меня гостил Франк. Пришли Михайловы. Потом еще Бритта, свояченица Франка. И даже по скайпу подключился Малышкин. Мы кричали друг на друга из-за Украины. Вперемешку на русском, английском и немецком. В этом было какое-то веселое отчаянье. Напился, конечно. Когда все ушли, читал себе вслух Клюева и Блока, потом вслух разговаривал с Богом.
На следующий день пришлось сильно опохмеляться. Сидели с Анжелой в Иозеф-Рот-кнайпе на Потсдамер-штрассе. На обратном пути танцевал в метро.
(После этой посиделки у меня в мастерской по Киеву и даже по Москве пошла байка, что мы повздорили с Михайловым из-за Украины, и я в отместку исподтишка нарисовал ему на пальто маслом георгиевскую ленточку. Правда заключалась лишь в том, что Вита Михайлова вляпалась в оранжевую краску и пришлось ее оттирать).
11.01
