Б о с с
Г е н р и. Кем? Голосом?
Б о с с. Потом все сводится к тому, чтобы признать: речь идет о тебе и ни о ком другом. И тогда уже действовать так, как будто все зависит от одного тебя. В этом случае препятствия легко преодолимы.
Р и ч а р д
Б о с с. Предшествующей и последующей минуты: страха, который тебя охватывает до, и страха, который приходит после… Коньяк?
Р и ч а р д. Спасибо, господин Босс. У нас еще дела сегодня. Нам нужно писать отчет.
Б о с с. А вы что, кончили?
Р и ч а р д. Не совсем. Но мы уже убедились, что ничего не найдем в вашем доме. Остальные помещения можно и не осматривать.
Б о с с. Мне лестно ваше доверие. Но кто вам сказал, что в следующей комнате вы не найдете то, что искали?
Г е н р и. Голос, наверное.
Р и ч а р д. Мы знаем, с кем имеем дело. Нам не хотелось бы вас затруднять.
Б о с с. Затруднения, господа, перенести легко. Но почти невозможно вынести мысль, что вы прервали посередине ваше столь важное обследование. Мне бы не хотелось когда-нибудь упрекнуть себя в том, что из-за моей персоны обыск не доведен до конца. Нельзя быть человеком чести лишь наполовину. Им или являешься, или нет. Вы окажете мне личную услугу, если продолжите вашу работу. Моя жена, несомненно, думает так же… А может, и Том.
Р и ч а р д. Мы говорим только: доверие за доверие.
Г е н р и. А табачок врозь.
Р и ч а р д. Мы ограничились комнатой вашего квартиранта, но так как он имел доступ ко всем помещениям…
Б о с с. …то вы должны, разумеется, их осмотреть. Приступайте к вашим обязанностям, господа, прошу вас. Оправдательный приговор должен быть окончательным…
Г е н р и. Режь ему начистоту.
Р и ч а р д. Снотворные и их составные части, неразведенные. Все это было награблено. Тем, что успел прихватить ваш жилец, можно усыпить целый округ.
Б о с с. Я с трудом могу себе представить, что Том совершил нечто подобное… Его родители были учителями, его воспитание…
Г е н р и. Скажи ему, Ричард, что нам известно про хорошо воспитанную молодежь.
Б о с с. Тогда давайте рассеем это подозрение. Позвольте мне вас проводить в его комнату.
Р и ч а р д. Мы уже были там. Осмотрели также кухню и ванную. Как и можно было ожидать, ничего там не оказалось.
Г е н р и. Несмотря на все наши старания.
Б о с с. И на чем вы остановились?
Р и ч а р д. На вашей комнате, господин Босс. Но с нас вполне достаточно.
Б о с с. А с меня нет, господа. Уж вы извините.
Р и ч а р д. Да, хотя по необходимости быстро.
Б о с с. А это отделение?
Р и ч а р д. Да.
Г е н р и. Нет. Скажи ему, Ричард, чтоб он открыл.
Б о с с
Г е н р и
Б о с с
Г е н р и. Судя по всему, здесь обходятся без жидкости для волос.
Б о с с. Откровенно говоря, моя жена покупает ее у… конкурирующей фирмы. Между нами: мы с тестем не в лучших отношениях. Он чувствует, что я догадываюсь о его проделках. Знаете, как это бывает.
Г е н р и. Знаем.
Р и ч а р д. Надо признать, этикетки сделаны со вкусом.
Б о с с. Это влияние моей жены. У нее большая доля в предприятии.
Р и ч а р д
Г е н р и
Б о с с
Г е н р и. По ним это видно.
Б о с с. По всем нам все видно, видно даже, о чем мы во сне мечтаем… Обратите, кстати, внимание на свидетелей, что стоят позади нас: слева — президент торговой палаты, прекрасный гребец… И моя жена превосходно гребла, что почти невероятно при ее росте, у нее много призов.
Г е н р и. Ну что может быть в этих кубках?
Р и ч а р д
Б о с с
Г е н р и и Р и ч а р д
Б о с с. Я говорю себе: раз приходится так отмечать нормальное, люди, значит, не слишком высокого мнения о себе.
Г е н р и. Вот видишь, Ричард!
Б о с с. Я спрашиваю себя: почему исключительное не может стать нормой?
Г е н р и. Вот именно, почему?