Д. вернулся!!! Его нашли, это точно. В школе сегодня столько разговоров об этом было! Учителя ничего не сообщали, но инфа откуда-то просочилась. Может, от Эмиля? Наверное, вчера Бульдог уезжал за сыном. Я просто места себе не нахожу. Снег растаял, так что сегодня я на велике. Домой неслась так, что все джинсы себе слякотью забрызгала. Вот только толку? Сидела остаток дня у окна, но Д. не видела. Вообще ничего особенного не заметила, кроме того, что драндулет Д. на месте так и не появился. Может, его позже привезут? Или Монстрик что-то сделал с велосипедом? Продал? Вряд ли. Кто на такое старье позарится? Разве что на запчасти его пустить. Может, завтра узнать удастся побольше? Пыталась аккуратно расспросить папу, но он то ли не колется, то ли сам ничего не знает. Надеюсь, с Д. все хорошо и он завтра придет на уроки.
В школе Д. не появлялся, но есть новости. Говорят, его полиция нашла аж на западном побережье. Он в один из дачных домиков вломился. Зимой они обычно пустуют. Видно, парень рассчитывал там отсидеться. И у него бы получилось, вот только он не рассчитал, что некоторые из домов сдают и в зимний сезон. А тут как раз рождественские каникулы. В общем, в домик неподалеку въехали постояльцы и заметили дым. Д. топил печку, потому что отопление-то на даче никто не включал. Наверное, Монстрику просто не повезло: он занял как раз тот домик, который та семья хотела снять, а им сказали в агентстве, что зимой эта дача не сдается. Ну и когда они дым из трубы заметили — сразу позвонили агенту и начали качать права. Агент, ясное дело, смекнул, что что-то не чисто, и позвонил в полицию. Вот так Д. и задержали.
Еще говорили, что и в «Лесной павильон» Гольфист залез, прежде чем податься к морю. Я-то, конечно, знала, что это правда только наполовину: стекло Д. не разбивал, ему это без надобности. Но не признаваться же теперь? Тем более что и вышло все в общем-то из-за Д.
У меня только один вопрос: как Монстрик до побережья добрался? Я глянула в Гугле: до него от Хольстеда почти семьдесят километров. Он что, на велике их проехал? Или бросил драндулет и на попутках добирался? И почему рванул именно туда? Решил себе устроить каникулы у моря? Так там сейчас шторма. Вообще не понимаю тех, кто стремится на пляж зимой.
В любом случае я за Д. ужасно беспокоюсь. А все дело в злополучной желтой тетради. Я ее пока больше не читала, просто не смогла. Но все равно папаша Баретт так и стоит перед глазами, помахивая ремнем с молитвой. Как Д. вообще мог додуматься до такого?! Тут два варианта: или у него исключительно богатая и нездоровая фантазия, или… У Бульдога действительно есть такой ремень. И использует он его не только для того, чтобы брюки не спадали.
Сегодня поймала себя на том, что нам объясняют правила сдачи национальных тестов, а я рассматриваю в окне воробьев. Две взъерошенные птички сцепились за огрызок яблока, который кто-то бросил на школьном дворе. Валяют друг друга по асфальту, будто бойцы в реслинге, только перышки вокруг летят. И вот я вроде их вижу, а мысли на самом деле далеко-далеко. И снова о Д. Это уже похоже на одержимость.
Наверное, поэтому я не выдержала и сама подошла к Эмилю. Встала за ним в очередь к буфету, хотя есть совсем не хотелось.
— Привет, — говорю. — Слышала, твой брат нашелся?
Я думала, Эмиль и разговаривать со мной не захочет, как услышит про Монстрика. Честно говоря, просто от отчаяния все это затеяла. Но он, как ни странно, ответил нормально и даже предложил купить мне сок. Я, конечно, заплатила сама.
— Как он? — спросила я, когда мы отошли от очереди и присели за столиком у окна.
Видела, конечно, что на нас пялились, в том числе Эмилевы дружки, но мне было плевать.
— Да так себе. — Эмиль вяло ковырял пластиковой вилкой кусок пиццы с салями. — Отец его из больницы забрал.
— Из больницы? — У меня внутри все сжалось. Как чувствовала, что все кончится плохо.
— С почками что-то вроде. Из-за переохлаждения. Не помню, как это называется. — Парень вздохнул и исподлобья осторожно взглянул на меня. — Врачи хотели дольше в больнице подержать, но папа настоял, что дома Дэвиду будет лучше.
«Ага, — сразу подумала я. — В подвале. Или цокольном этаже, как его с гордостью называет мамаша Монстрика».
— И что, стало? — Я с вызовом посмотрела прямо в темные глаза Эмиля.
Он непонимающе захлопал ресницами, длинными, как у брата.
— Дэвиду лучше стало? — спросила я так, чтобы он понял.
— Вроде. — Он ткнул вилкой в несчастную пиццу и оставил в ней пластиковый зубец. — Вот черт! — Вилка полетела в мусорное ведро, ударилась о край и упала на пол.
Сидевшие за соседним столиком девчонки обернулись на вскрик, но при виде лица Эмиля тут же изобразили повышенный интерес к собственным ланч-боксам. Парень яростно потер рукой лоб, отвернулся, уставился в окно. Его пальцы сжимали края бумажной тарелки так, будто он хотел порвать ее пополам. Я никогда не видела Эмиля таким. Разве что когда он набрасывался на Д. Но теперь брата не было рядом, и эмоции кипели внутри, не находя выхода.