Наконец перед потерявшим покой королем предстала одна ведьма. Она не была ни молода, ни привлекательна, но когда она рассказала повелителю то, что задумала, Баретт вскочил с трона и впервые за долгие месяцы почувствовал голод и жажду, снова ощутил себя живым.
— Проси что хочешь, женщина, — вскричал он и расхохотался. — Я исполню твое желание, только сделай так, чтобы описанное тобой свершилось.
— Я хочу стать твоей королевой, — сказала ведьма, сверкнув темными глазами. — На меньшее я не согласна.
И Баретт повел ведьму под венец, ведь лишь она могла сотворить необходимое волшебство.
Как только корона была возложена на голову ведьмы, та начала подготовку к заклинанию настолько же сильному и страшному, как то, что когда-то позволило Королевству Тысячи Стволов укрыться от всего мира. Она изучала древние фолианты, искала и заготавливала нужные травы, собирала источники силы.
Шли годы. Ведьма родила Баретту наследника. Умер старый правитель Королевства Тысячи Садов. На трон взошел бывший бродяга. Сыну Лилеи и Лясоля исполнилось пять лет.
И вот, когда Баретт уже начал терять терпение, все было наконец готово. Ведьма привела своего короля в самую высокую башню замка, где занималась колдовством, и усадила перед огромным зеркалом.
— Смотри, о муж мой. И да свершится твоя месть.
И Баретт смотрел.
Он не видел, как аромат цветов, покрывавших необозримые поля Королевства Тысячи Садов, неуловимо изменился, как в радостную гармонию вплелась нотка яда без вкуса, цвета и запаха. Но на его глазах народ счастливого королевства поразило кровавое безумие, которое разносил летящий с моря бриз.
Вдохнувшие ядовитый миазм либо пытались покончить с собой, либо набрасывались на других людей — родственников, соседей, первых встречных — и убивали их, жестоко и беспощадно. Матери раскраивали головы своих младенцев о стены жилищ, мужья до смерти избивали жен, дети забрасывали камнями стариков, старики поедали тела погибших, потому что некому было больше позаботиться о садах, собрать урожай или разжечь огонь в очаге.
Безумие началось у побережья, но чудесным образом не затронуло королевский дворец, продвигаясь все дальше и дальше вглубь страны. Укрывшиеся за стенами дворца ученые пытались разгадать загадку страшной эпидемии и найти противоядие, но безуспешно. Им удалось лишь понять, что невидимая зараза распространяется по воздуху. Они изобрели особую маску для дыхания, с длинным клювом. Вещества, находившиеся в клюве, очищали вдыхаемый воздух, так что человек в маске мог выжить за пределами дворца в течение пары часов. Этого было достаточно, чтобы разведчики из крепости могли раздобыть еду и припасы для осажденных безумцами обитателей дворца.
Вести о страшной эпидемии распространились за пределы Королевства Тысячи Садов вместе с толпами беженцев. Никто больше не хотел покупать ароматы, заключенные в синие склянки. Никто не рисковал отправить обозы с товарами на зараженную территорию. Цветочный народ был обречен на медленную мучительную смерть.
И тогда в ворота дворца, осажденного безумцами, постучался незнакомец. Он был в маске с клювом, поэтому его впустили внутрь, приняв за вернувшегося разведчика. Однако он не спешил открывать лицо в безопасности дворца.
Незнакомец представился магом и испросил аудиенцию у королевской четы. Он сообщил, что может остановить эпидемию и излечить всех больных, если прекрасная Лилея отдаст ему самое дорогое, что у нее есть. Причем она должна сделать это лично.
Король Лясоль предложил магу доказать сказанное, ведь даже ученые мужи оказались не способны найти противоядие. Тогда человек в маске велел отвести его к больным. Разведчикам удалось пленить нескольких безумных и привести во дворец, где они и оставались, связанные по рукам и ногам, а ученые опробовали на них все новые и новые лекарства, которые приносили страдальцам больше вреда, чем пользы. На глазах короля маг коснулся несчастных, одного за другим. Скрюченные судорогами конечности распрямились, выпученные глаза закрылись, и безумцы наконец уснули спокойным сном выздоравливающих.
Пораженный Лясоль велел разместить мага в лучших покоях. На следующий день ему предстояло получить оплату и приступить к спасению королевства.
Когда чародей явился в тронный зал, Лилея спустилась к нему по ступеням с тронного возвышения и протянула на расшитой золотом подушечке ожерелье из крупных, идеально чистых сапфиров — столь же прекрасных, как и ее глаза.
— Это главное сокровище нашей страны, — сказала королева. — Прими его и исцели мой народ.
— Нет, — покачал головой маг. — Я не приму эту плату. Я просил отдать мне самое дорогое, что есть у вас, ваше величество, а вы предлагаете мне какие-то камни.
Придворные обнажили мечи, но Лилея остановила их. К лицу ее прилила кровь, королева сказала магу снова прийти завтра, чтобы получить награду. А потом уединилась со своим супругом.
Когда наутро маг снова вступил в тронный зал, бледная Лилея с красными от слез глазами подвела к нему короля Лясоля.