- Не, я лучше домой. Спысы за пробежку.
Не привыкла, что «спасибо» теперь сплошь и рядом заменяют на это скользкое «спысы», как услышу, так передернет. Вот и сейчас передернуло.
- Ищи идеального, а то потом поздно будет, - приказала Элла на прощание. – Печенкой чую, он где-то рядом, но, зараза, хорошо прячется!
- Как найду – обязательно позвоню, - пообещала я, закрывая за собой дверь.
Сбросила грязные кроссовки, повесила куртку сушиться. Раритетные ходики в прихожей показывали семь утра, через час я должна быть в ординаторской. Прокравшись на кухню, включила чайник. «Электроприбор для нагревания воды и прочих гидро-бытовых нужд», - некстати вспомнилось мое первое дежурство. Есть не хотелось совершенно, не вдохновляла и ритуальная овсянка. Словно издеваясь, под столом смачно чавкал Наполеон Бонапарт. Вот у кого не бывает проблем с аппетитом! Мясо, рыба, пюре, гречка, геркулес – подчистую сметет и добавки попросит. «Наш дедуля совсем долбанутый», - вздыхала Анютка, пока кот терпеливо жевал нарезанную для эксперимента сырую морковь.
Взяла из вазочки твердокаменное печенье-галету, надкусила. Кумачевские тезисы сбили с толку. Завидую Скарлетт О’Хара. Эта упорная книжная дама легко выбрасывала из головы неприятности, а я думаю-думаю-думаю, сомневаюсь безо всякого толку, и проблема часто остается проблемой. Обижаться на Элку не стоило: неизвестно еще, кто для кого находка, болтун для шпиона или наоборот, но вся эта ее демагогия...
Мы с Сашкой понимаем друг друга даже не с полуслова – с полувзгляда. Он знает меня как облупленную, я знаю его, между нами нет и не будет недомолвок. Что еще требуется, страстная любовь? Ах, оставьте! Я вовсе не ханжа, но любовь в современном ее понимании – не больше чем инстинкт, временное широкомасштабное помешательство. Болезнь, которую человеку не вылечить, только терпеть, пока сама не пройдет. «Ромео, как жаль, что ты Ромео!» Все превозносят двух самоотверженных юных влюбленных, но разве они хорошо кончили? Не самый подходящий пример для подражания, да и не бывает так в жизни. Мыльные пузыри лопаются самое большее через полгода после венца, а вместо них проходят рутина и неоплаченные счета за свет. Ромео вечерами дрейфует от холодильника к телевизору, попивает пивцо и ловит момент, чтобы удрать на рыбалку. Вконец же затюканная постаревшая Джульетта доживает свой век у плиты, ставя на ноги орущих отпрысков, а потом и отпрысков их отпрысков. Фонтан страстей с предсказуемым финалом. Никто не говорит, что меня ждет нечто особенное, просто замуж выхожу морально готовой. Если заранее не ждать фонтана, то и плиту, и пивцо, и холодильник воспринимаешь спокойно. Так не лучше ли довольствоваться ровными и стабильными чувствами? Выбирать головой, а не какими угодно местами; любить той тихой, часто незаметной окружающим любовью, когда супруги - прежде всего друзья, близкие друг другу люди. Так живут мои родители, так хочу жить и я.
Стоит ли бросаться в омут и искать «идеального», если «тот самый» давно уже найден, а небо над головой относительно ясно и безоблачно?
***
Канареечно-желтая «тройка» свернула на перекрестке, лишая последнего шанса себя догнать. Я скрипнула зубами. Придется идти пешком и в конце пути краснеть за свое опоздание. Можно, конечно, пошиковать и вызвать такси (шутка ли – через полгорода пешком?), но горький опыт напомнил, что всегда быстрее выбраться на своих двоих, чем дождаться заказанной машины.
Твердя, как заклинание, что хуже быть не может, я прибывала шагу. Накрапывающий еле-еле дождь перешел в ливень, а мой зонтик отправился в школу вместе с Анькой. Что ж, проверим теорию насчет «заразы к заразе».
Апофеозом доброго утра стали новые туфли. Понадеялась на маршрутку, думала, похожу немного и сниму, а в ординаторской всегда наготове пакет с балетками. Индюк тоже думал, и где он теперь? Если первые четверть часа были терпимыми, то уже у супермаркета пришлось остановиться: в мою удобную, но не разношенную толком обувку точно битого стекла напихали. Правильно, к любым туфлям привыкают медленно и со вкусом, дефилируя по квартире и задирая ноги перед зеркалом, а не мчатся куда-то по сырости до ломоты в икрах. Окажись у меня сейчас лишнее царство, я бы, не торгуясь, отдала половину за возможность доехать до работы, а вторые полцарства – за возможность доехать вовремя.
Ливень стих так же быстро, как и начался, но было уже все равно. Словно сомнамбула, я двигалась к намеченной цели. Тихонько подвывала, стискивала зубы и шла дальше. Только раз позволила себе отдохнуть и присела (читай: упала) на влажную после дождя скамейку. Каплей больше, каплей меньше – особой разницы нет, и так вся мокрая... курица. Подперев ладонью щеку, бездумно смотрела на плывущий по луже кленовый лист. Спешить теперь некуда, хотя бы дух переведу.
От бестолкового созерцания оторвало хриплое карканье. На ветке клена сидел большой ворон. Поймав мой взгляд, птица прыгнула на соседнюю ветку и каркнула снова.
- И тебе привет, птичка, - пробормотала я, убедившись, что поблизости никого нет.
