- Нифига се! – присвистнул Дэн.
Впервые я была с ним согласна: мозоли полопались, две из них даже кровили. От одной мысли, что придется совать ноги в балетки, становилось плохо.
- Дэн, - позвала я, - у тебя пластырь есть?
- Щас вернусь. Сиди здесь и никуда не уходи, - приказал он.
Заверив, что не сойду с этого места, намочила в раковине чистую тряпку и обмотала пострадавшую ступню. Хорошо-то как! Век бы сидела.
Гайдарев вернулся с коробочкой бактерицидных пластырей, ватными дисками и перекисью.
- На вот, обработай, чтоб заражения не было.
- Спасибо.
Закусив губу, обработала пострадавшие места. Перекись шипела, пуская белые пузыри.
- Какие у тебя, Соболева, ноги маленькие, - хмыкнул Гайдарев, - реальная Золушка.
- Зато с обувью проблем нет, - отшутилась я, - в детской можно ходить. Аньке вон на свою ногу кроссовки выбирала.
- Кто это - Анька?
- Сестра поэта. Благодарствую, добрый молодец, от жестокой смерти меня спас. Пошли, что ли, над Змей Горынычем изгаляться?
- Не в курсе я насчет Горыныча, красна девица, - включился в игру Денис, - а вот одного Кощея точно приметил. И даже догадываюсь, где спрятана его смерть…
***
Они столкнулись на пятом этаже. Ведьма испуганно шарахнулась, но быстро пришла в себя и натянула фирменную снисходительную усмешку.
- Доброе утро, – процедила она.
- И вам не хворать.
Они вместе вошли в лифт и стали рядом. Медсестра Лейля попыталась слиться с зеркальной стенкой, а молодой анестезиолог Игорь скрылся за научно-популярным журналом. Трудно быть нечистью, но иногда полезно.
Проводив спутницу взглядом, маг свернул к приемному отделению. Попасть на стоянку можно и более простым путем, однако ему выпал уникальный шанс убить сразу двух зайцев. Очередь двигалась медленно, мужики меж собой ругались, а культурные старушки обсуждали чужие и собственные болячки. Подросток-неформал тыкал пальцем в плакат «Профилактика ОРЗ», вумная барышня с обмотанным вокруг цыплячьей шеи лиловым шарфиком уткнулась в электронную книгу.
- Молодой человек! – наперерез кинулась бабуля из тех, что бросают на борьбу с произволом все потаенные резервы своих тщедушных сухих телес. – Вот куда это годится?! Тыщу лет одну девку смотрят! Сколько нам ждать прикажете?
Очередь согласно загудела, народное возмущение достигло своего пика. Нашли козла отпущения. Так и подмывало спросить: «А девка молодая и симпатичная?», но вместо этого он скорбно развел руками:
- Граждане, вопросы не ко мне. Обратитесь к начальству.
Маг прошел бы мимо, не вцепись бабуля-активистка.
- Сыночек, ну помоги! – взмолилась она. – Начальства твоего днем с огнем не сыщешь, а ты тут все-таки свой.
Он порадовался и одновременно пожалел, что не носит положенного бейджика.
- Эх, что с вами делать? Попробую. Кто хоть принимает?
- Дык Анатолий Геннадьевич. Шут его знает, кто такой, первый раз слышу!
Знаком испросив тишины – тишина воцарилась мгновенная и мертвая, – он забарабанил в дверь. Долго ждать не пришлось.
-Блин, вы чо, по-русски не понимаете?! – рявкнул бас с той стороны. - Заняты мы, говорю!
«Нет предела человечьей наглости!» - мысленно восхитился маг и гаркнул что есть силы:
- Анатоль Геннадьич, бабку пусти без очереди!!!
Поток матов из-за двери иссяк, будто кто-то повернул невидимый вентиль. Из кабинета козочкой выпрыгнула девка, а вслед за ней, испуганно озираясь, показался Анатолий Геннадьевич собственной персоной. Очередь кровожадно оскалилась, нарушитель же спокойствия успел удалиться под шумок.
- З-заходите по порядку. Слышь, Дэн, по ходу, показалось…
***
Она дожидалась в машине и нервно курила. Алые ногти левой руки постукивали по приборной панели. «Дворники» гоняли по лобовому стеклу крупные дождевые капли. Не пойми что творилось нынче с погодой: дождь начинался и тут же заканчивался, вновь начинался и опять заканчивался, и так по десять раз на дню.
- Почему так долго?
