Приорат Девы Милосердной уступал размерами аббатству Аржанте, но располагался на живописном холме к западу от Намюра. С любовью возделанные поля окружали обнесенную стеной территорию приората, монахи же в облачениях готовились к весенним полевым работам.
Привратника не понадобилось долго уговаривать, и он впустил их, однако настоятель вышел к ним лишь после долгого ожидания в холодной приемной. Поприветствовав гостей, он спросил, по какому они делу. Симон назвал себя, представил Сюзанну и объяснил цель своего приезда. Затем показал портреты Лукаса.
– Пришлю сюда служителя из нашего лазарета, – ответил настоятель. – Может, он сумеет вам помочь. А теперь прошу меня простить, мадам и месье Дюваль, – долг зовет. – Покидая приемную, он отправил молодого послушника в лазарет с поручением и тотчас удалился.
– По-видимому, влияние Киркланда не простирается настолько далеко, – заметила Сюзанна.
Симон невольно усмехнулся.
– Даже для Киркланда есть пределы. – Внезапно помрачнев, Симон добавил: – Хотел бы я знать, означают ли его слова, что Лукас, возможно, болен или… умер и похоронен.
– Или же служит здесь в лазарете, – сказала Сюзанна. – Скоро узнаем.
Симон признавал правоту жены, но не тревожиться не мог. Ведь даже если Лукас все-таки жив, все равно имелись все основания за него тревожиться.
Низенький и круглый пожилой монах из лазарета, вошедший в приемную, опираясь на трость, никак не мог быть Лукасом. Он любезно приветствовал посетителей.
– Добрый день, месье и мадам Дюваль. Я брат Паскаль. Чем могу служить? – Монах внимательно взглянул на гостей. – Кто-то из вас нездоров? Я не лекарь, но у меня есть травяные снадобья, которые многим помогают.
– Мы здоровы, но нам нужны сведения о моем пропавшем кузене, и ваш настоятель, по-видимому, считает, что вы могли бы нам помочь. – Симон достал портреты Лукаса. – Предположительно францисканского монаха, очень похожего на него, в прошлом году видели в Брюсселе. Вы узнаете этого человека?
Тихо кряхтя, брат Паскаль опустился на скамью под окном и рассмотрел рисунки.
– Да это же брат Иуда! – воскликнул он. Его взгляд задержался на портрете Лукаса в юности. – Ох каким он был щеголем! Это ведь морская форма?
– Да, его корабль был потоплен в бою, и Лукас долгие годы считался погибшим, – проговорил Симон. Немного помедлив, он в задумчивости продолжал: – Но если этот брат Иуда и впрямь Лукас… Странно, что он не известил родных о том, что жив. Возможно, это все-таки не мой кузен.
– Насчет этого ничего не скажу, но брат Иуда – вылитый он. – Монах снова посмотрел на рисунки. – Хотя сейчас он на вид грустный какой-то…
– Чем мы старше, тем тяжелее груз прожитых лет, – заметила Сюзанна. – Брат Иуда был вашим пациентом здесь, в приорате?
– Нет, вовсе не пациентом, – поспешно ответил брат Паскаль. – Этот малый – костоправ: он появляется в приорате каждые несколько месяцев и предлагает свои услуги всем, кто в них нуждается.
– Костоправ? – воскликнул Симон. – Весьма… неожиданно.
– Может, и так. Но он знает толк в этом деле. – Брат Паскаль похлопал ладонью по своей узловатой дубовой трости. – Я был бы прикован к постели, если бы не его мастерство. Теперь я благодарю Бога и брата Иуду за то, что могу передвигаться на своих ногах.
Симон знал, что Лукас всегда добивался успеха во всем, за что бы ни брался, но все же удивлялся выбору кузена.
– Так вы говорите, брат Иуда регулярно бывает у вас? А не знаете, где он сейчас?
Брат Паскаль покачал головой.
– Он странствует по всей территории францисканцев, идет туда, где, как ему кажется, в нем есть нужда. Справедливо будет предположить, что в ближайшие три-четыре месяца он появится и здесь, но когда именно и где он сейчас… – Монах пожал плечами. – Только одному Господу в его мудрости сие ведомо.
– Вам известно, где еще он бывает время от времени? – спросил Симон.
– Изредка он упоминал о тех местах, где трудился, но постоянных среди них нет. Он бывает не только в религиозных общинах. С той же вероятностью он может отправиться в какую-нибудь отдаленную деревушку и жить там у местных, пока для него есть работа.
– Похоже, брат Иуда – истинный слуга Господа, – тихонько сказала Сюзанна.
– О да, воистину так. У него удивительные исцеляющие руки. – Паскаль сконфуженно улыбнулся. – Мне посчастливилось: он лечил меня так, будто благословлял.
– Лукас всегда был добрым и отзывчивым, – кивнул Симон. Но неужели его кузен, которого он, казалось бы, знал так хорошо, обладал врожденными способностями целителя? – Хотел бы я отыскать брата Иуду и убедиться, что это действительно он!
– Я могу составить список мест, где он бывал, как мне известно, – сказал Паскаль. – Хотя не знаю, даст ли это хоть что-нибудь…
– Для начала – да. – Симон достал из внутреннего кармана сложенные листы чистой бумаги и короткий карандаш. – Поможет ли вам карта юга Бельгии и севера Франции, если я ее набросаю?
Монах в удивлении заморгал.
– Да, пожалуй. Хотя где именно находятся некоторые из тех мест, я не знаю. Для меня это просто названия.
– Но попытаться стоит, – заметила Сюзанна.
