– Он создан для сражений. Что же касается политических игр, то ему не позавидуешь. Многие из тех, кто его окружает, наверняка метят на высокие армейские посты или же хотят оказаться непосредственно в его подчинении. Думаю, он намерен призвать к себе тех офицеров, с которыми уже сражался на Пиренейском полуострове и которым привык доверять. Однако же армейский штаб в Лондоне навязывает ему в соратники юнцов из влиятельных семей, но без боевого опыта.
– Неужели даже герой войны не вправе выбирать себе помощников? – удивилась Сюзанна.
– Некоторых он все же выберет по своему желанию, но ему наверняка придется смириться с тем, что в штабе будут присутствовать никчемные болваны.
– Мне начинает казаться, что уворачиваться от пуль и впрямь легче, чем бороздить бурные воды политики, – пробормотала Сюзанна.
– Пули – временное явление, а политика вечна.
Сюзанна усмехнулась.
– Это было верно даже в гареме. Там политика творилась нескончаемо и порой была смертельно опасна.
Симон уже собирался ответить, как вдруг его голос изменился, и он тихо сказал:
– Герцог заметил меня и направляется сюда.
Вскинув голову, Сюзанна увидела, как Веллингтон, отделившись от своей свиты, быстро приближался к ним.
– Полковник Дюваль! Рад встрече. Не знал, что вы в Брюсселе.
– Мы прибыли в Брюссель по личному делу, сэр, – объяснил Симон, пожимая руку герцогу. – Позвольте представить вам мою жену, Сюзанну Дюваль.
Герцог перевел взгляд на Сюзанну. Она сумела вежливо поздороваться с ним, хотя и была скована нелепой робостью: Веллингтон всегда представлялся ей некой богоподобной фигурой, а теперь стоял прямо перед ней во плоти. И не как божество, а как человек, по-дружески общавшийся с ее мужем.
– Я слышал, вы проделали путь из Вены до Брюсселя всего за неделю, – проговорил Симон.
– И не желал бы повторения этой недели, – сухо отозвался Веллингтон. – А вы, говорят, продали свой офицерский патент…
– После отречения императора пришло время заняться личными делами. – Симон ласково улыбнулся Сюзанне. – И как вы видите, все вышло весьма удачно.
Спутники Веллингтона медленно приближались к ним, и герцог сказал:
– Вот и меня ждут дела. Зайдите ко мне завтра с самого утра. Надо кое-что обсудить.
– Разумеется, сэр. – Они условились о встрече как раз вовремя – вниманием Веллингтона тут же завладела кокетливая и расфуфыренная дама.
Симон взял жену под руку, и они двинулись к выходу из парка.
– Интересно, чего он хочет от тебя, – в задумчивости проговорила Сюзанна.
– Возможно, предложить мне неофициально войти в его штаб, – предположил Симон. – Эта служба мне известна. Поскольку я больше не состою в армии, меня можно привлечь к работе незаметно, не создавая политических осложнений.
Сюзанна прикусила губу и промолчала. С приближением войны все это не предвещало ничего хорошего.
На следующее утро Веллингтон принял явившегося к нему Симона безотлагательно.
– Прошу прощения, что вызвал вас в такую рань, но у меня это единственное свободное время на ближайшие несколько дней.
– Могу себе представить, сколько на него претендентов.
– И не только армейских и политических, но и светских, – с усмешкой заметил герцог, указывая Симону на кресло. – Местному населению требуются гарантии, что Бонапарт не войдет в город маршем уже на следующей неделе.
– Такое маловероятно, но… Если речь идет о Наполеоне – кто знает? – пробормотал Симон, усаживаясь.
– Вот именно. Поэтому я и хотел поговорить с вами. – Веллингтон сел напротив гостя. – Императору всегда недоставало терпения. С его стороны было ошибкой вырваться с Эльбы, не дождавшись, когда прекратит работу Венский конгресс. Поскольку все главы союзных держав собрались вместе, мы немедленно объявили его вне закона за нарушение Парижского мирного договора. – Герцог злорадно улыбнулся. – И смогли договориться насчет стратегии, с помощью которой будет достигнуто его поражение раз и навсегда.
– Его ошибка – наша удача, – отозвался Симон. – Видимо, план заключается в том, что союзники выдвинут полдюжины армий широкой дугой через пол-Европы, а затем двинутся маршем на Францию и нанесут сокрушительный удар по Парижу. Британцы, голландцы и бельгийцы – здесь, на западной оконечности этой дуги. Прусские войска – далее на восток, а австрийские и русские – на востоке с краю.
Веллингтон кивнул.
– Именно так. Но для того чтобы союзники собрали эти армии, понадобится время, а Наполеон может быстрее перейти к активным действиям. Хотя его поддерживает и не все гражданское население, армия твердо стоит на его стороне, в том числе – и лучшие, наиболее опытные солдаты Европы. – Герцог нахмурился. – В то время как мои лучшие части отправлены в Северную Америку, чтобы преподать колонистам суровый урок. Их уже отозвали, но для переброски моей пиренейской армии опять-таки требуется время, а его, как мне кажется, у нас недостаточно.
