Я посмотрел на каменного исполина в долине, на крошечные фигурки на стенах. Где-то далеко позади, в сумраке Подземелья, возможно, уже не было ни деревни, ни Хуго, ни его отчаянных деревенских жителей. Тень прошлого и чувство вины навсегда останутся со мной, но здесь, перед этими стенами, была новая глава моей жизни.
— Рискнем — сказал я твердо, легонько шпоря Брони пятками.
Динозавр тронулся, тяжело ступая по дороге, ведущей вниз, к воротам надежды.
— Рискнем. Шардон, Приносящий удачу, еще покажет этому городу, где раки зимуют! Ну или где купить лучшие стрелы и зелья с гарантией!
Мы двинулись навстречу новому дому. С тревогой в душе, с грузом прошлого за плечами, но с непоколебимой решимостью, нашедшего наконец свой угол. Самый большой и защищенный угол из всех возможных.
Если и он будет не в силах защитить нас, то тогда придется возвращаться к плану со «странствующими торговцами»…
Вскоре мы подошли к городу.
Огромные, дубовые, ворота окованные полосами черного металла. Они зияли как пасть каменного исполина, пропуская внутрь поток людей и торговые повозки.
Стража у ворот это не пара сонных деревенских караульщиков, а десяток бойцов в добротных кольчугах и начищенных до блеска кирасах, со щитами и алебардами наготове. Их взгляды, острые и оценивающие, скользнули по нам, задержавшись на Бронни. Динозавриха фыркнула, выпустив клубы пара в прохладный утренний воздух. Один из стражников что-то сказал другому, кивнув на наши скромные тюки и зеленую фигурку у меня за спиной.
— Имена? Цель визита? — спросил старший, подходя ближе. Его голос был не грубым, но лишенным всяких сентиментов.
— Шардон, торговец — ответил я, стараясь звучать уверенно — Моя компаньонка Гиталия и питомец Бронни. Ищем место для нового дома и нового бизнеса. Бежим… от неприятностей на востоке.
Слово «восток» заставило стражника нахмуриться. Он обменялся многозначительным взглядом с товарищем.
— Скверна? — спросил он прямо.
Я кивнул.
— Да. Ползет быстро. Мы ушли, пока еще могли.
— Мудрое решение — пробормотал стражник, делая пометку на восковой дощечке — Впустить. Но помните: город на осадном положении. Малейшие беспорядки и вас вышвырнут обратно за стены. С вашим зверем — особенно аккуратно. Держите его в узде. Регистрация в Гильдии Торговцев обязательна. Взнос — два серебряных в месяц. Пропуск на рынок еще пять медяков в день. Следующий!
Два серебряных! Пять медяков в день! У меня в кошельке звенело жалкими медяками и парой потертых серебряных монет, оставшихся от прежних продаж. Город встретил нас не улыбками, а суровым прайс-листом. Ну, делать то нечего, придется как-то выживать.
Мы въехали под своды ворот и мир изменился. Шум, гул голосов, лязг железа, скрип телег, крики разносчиков, ржание лошадей — все слилось в оглушительную симфонию большого города.
А Запахи… Выпечка, специи, вперемешку с навозом, потом и дымом очагов… Все это ударило в нос. Но больше всего поражали не звуки и запахи, а ритм. Город жил не просто активно, он жил в режиме надвигающейся бури.
Вдоль широких, вымощенных булыжником улиц маршировали отряды стражников. Не дежурные патрули, а настоящие солдаты в полном вооружении, латные кирасы поверх стеганых дублетов, закрытые шлемы, длинные пики или тяжелые алебарды.
Их лица под забралами были сосредоточены, а движения отточены. Повозки, запряженные могучими кобылами, громыхали по мостовой, груженные связками копий, тюками с арбалетными болтами, ящиками, из которых торчали рукояти мечей. Кузнецы у своих открытых мастерских неистово колотили молотами, искры летели фонтанами. Дым из их труб валил гуще обычного.
— Хозяина, смотрячь! — прошипела Гиталия, тыкая пальцем в сторону большой площади, которую мы проезжали.
Там толпились люди. Не торговцы и зеваки, а обычные горожане: плотники, мясники, пекари, молодые парни и даже несколько крепких женщин. Они выстраивались в очередь перед столом, за которым сидели писцы в мантиях и несколько суровых военных. Над столом висел щит с гербом города — башня на фоне гор. Люди записывались. В ополчение. В городскую стражу. На строительство укреплений.
— Скверна — пробормотал я, ощущая знакомый холодок где-то на спине — Они все знают и готовятся. Серьезно готовятся. Не как Хуго с его кучкой деревенских… Здесь, наверное, есть какой-то план.
Бронни нервно заурчала, сжимаясь под напором шума, толкотни и незнакомых запахов. Люди шарахались от нее, бросая испуганные или осуждающие взгляды.
— Чудовище! — донеслось из толпы.
— Куда пустили такое⁈
— Главное чтобы зверь был на нашей стороне когда скверна подойдет к воротам…
— Гиталия, нам нужен рынок — сказал я, стараясь не обращать внимания — Надо посмотреть цены. На травы особенно.
Рыночная площадь оказалась огромным котлом, где кипела не только торговля, но еще и тревога вместе со сплетнями и слухами.
