Я смотрела на дверь кабинета моего мужа. Мне следовало пойти к себе, молиться Ясным за душу Летисии, закончить платье, попросить кого-нибудь снять герб, но я думала только о том, что мне, может быть, не солгали, но я не увидела правду, потому что не знаю, как она выглядит.
Я не была уверена, что кабинет пуст, что там найдется нужная книга, что в книге будет хоть что-то, что даст мне ответ, и все равно я зашла, готовая объясниться, если меня о чем-нибудь спросят — я хочу прочитать о сельском хозяйстве, о цветоводстве, — но в кабинете не было никого, и никто не заходил сюда и не убрал остатки завтрака. Прошло столько времени, это нормально или сегодня все пренебрегали порядком и правилами, не я одна?
Я вытащила толстую военную книгу. «Кавалерийские полки», было написано на корешке, книга была зачитана в буквальном смысле до дыр, из нее вываливались листки, я чудом успела поймать их прежде, чем они разлетелись по всему кабинету. «Ясные, пусть в ней будет оглавление», — попросила я и открыла книгу.
Оглавление было, и, быстро пробежав его, я поняла, что здесь только стратегия и тактика, какая-то малопонятная мне логистика — я даже не знала, что это значит, и, открыв нужную страницу, прочитала, что речь идет о снабжении. В книге было много картинок, но все они касались каких-то укреплений и позиций, стрелки, стрелки, темные и светлые, пунктирные, тонкие и толстые, и никакого намека на оборотней...
Другой справочник тоже был кавалерийский, судя по изображению всадников, но его я убрала сразу же, как только открыла. Я сначала решила, что надписи на обложках затерты, но оказалось, она написана на другом языке, мне незнакомом. Третья книга называлась «Тактические операции» — название мне не говорило ни о чем совершенно, но я открыла ее и взгляд мой упал на главу «Загон оборотней малыми силами».
Я прижала к себе книгу, потом уставилась на стеллаж. Эта книга была достаточно тонкой, если бы я подвинула остальные, смогла бы замаскировать прореху на полке, но решиться на это было почти невозможно. Мне указали бы, что это кража, и возрази я, что я в своем доме, что мой муж разрешил мне быть здесь хозяйкой, касалось бы это его книг?
Уже не единожды за эти два дня я заставляла себя поддаться порыву и не дать себе поступить иначе. Может быть, это спасло мне жизнь, может быть, погубило чужую. Но и сейчас я сделала точно так же, резко задвинув книги так, чтобы не бросалось в глаза, что чего-то на полке не хватает, и выбежала из кабинета, не подумав о том, что за дверью меня могут ждать.
Глава четырнадцатая
Но было пусто, меня не ждали.
Возможно, кого-то послали уже за священником и могильщиком. Я не знала, где находилось кладбище, и не представляла, как рыть могилу сейчас, когда земля покрыта футами снега, когда она промерзла и не поддается, не принимает тела людей. Возможно, мой муж приказал отправить Летисию в храм и там о ней позаботиться. Дом утопал в тишине, даже из кухни не доносилось ни звука.
Я закрыла за собой дверь своей комнаты и заперла ее, уповая, что мне есть чем оправдаться. Мне страшно — в этом все дело. И пусть думают что хотят — потому что пятна в моей спальне появились при запертой двери… Знает ли об этом хоть кто-нибудь? Я сказала Летисии.
Я имею право быть испуганной и очень глупой.
Я сдвинула в сторону шитье, не позаботившись о том, чтобы не спутать ленты и нитки. Книга занимала меня больше, я должна была успеть вернуть ее до того, как ее хватятся. А что ее хватятся, я не сомневалась, весь вопрос только — когда. Даже с учетом того, что лорд Вейтворт был в армии, та глава, которая и меня заинтересовала, не была им выучена наизусть.
Но, может быть, я ошибалась.
Шрифт в книге был мелкий, а за окном начинало смеркаться. Я зажгла свечу, пристроила ее на прикроватном столике так, чтобы мне достаточно было света, и с тяжелым сердцем принялась водить пальцем по строчкам, с трудом разбирая порядком затертые слова.
Да, эта книга была зачитана еще с той поры, когда мой прадед был мальчиком. Некоторые слова тщательно подчеркнули, и, к сожалению, сейчас это сослужило плохую службу. Дорогие чернила, в отличие от типографской краски, не выцвели и полностью закрывали такую бесценную для меня информацию.
Я узнала, что оборотни действительно сторонились замкнутых пространств. Автор книги объяснял это тем, что их звериная суть брала верх над тем человеческим, что в них оставалось, но не тогда, когда они теряли контакт с лунным светом. Впрочем, надо отдать ему должное, он оговаривал, что это всего лишь догадка, основанная на том, что оборотня в замкнутом пространстве гораздо проще убить, а сопротивление его было яростным, но не столь беспощадным.
