В окна высыпали ротозеи и зеваки, машины останавливались, и трамваи сбавляли свой бег. Она могла одним движением пальца остановить жизнь в нашем городе. Чаровница.
Старый кореец притащил Великана, дядю Васю, и свой немудреный скарб под окна этой семьи. Обещал бесплатно сфотографировать. Только бы девица согласилась. Князья долго молчали, нахмурив свои седые брови. Тысячелетние традиции требовали трепетного отношения к себе. Девица же, увидав дядю Васю, смущенно опустила взгляд, она взволнованно ждала ответа князей, что же скажут старшие. Ей очень хотелось к нему, к Великану. И он вдруг покраснел. Наверное, впервые в жизни.
Девице разрешили сняться с дядей Васей.
Они вцепились друг в друга взглядами и долго не отпускали рук. Князья неодобрительно бросали фразы на своем языке.
Она сбежала с ним в тот же вечер. Просто открыла окно в темноте, а он стоял под ним, он принял ее на свои плечи и унес в ладони, как лепесток абрикоса.
Мужчины радовались, когда он женился. Женщины плакали, когда он женился. Мужчины рыдали, узнав, что женится он на княжне, женщины радовались, узнав, что его невеста – княжна.
Они жили долго и счастливо. И было у них множество детей. Но великанов среди них не было. Потому что великаны вообще очень редко рождаются. Они как пушкины, или антихристы, или спасители мира, или пророки. Очень редкие в наших краях, да и на земле нашей тоже.
Великан все-таки нашел свое место в жизни. Он стал самым лучшим ремонтником сломанных фонарей. Он бродил по улицам и выискивал те самые, что не горят. И неизвестным никому хитрым способом делал фонари фонарями, и, пока он был жив, в нашем городе ночами никогда не было темно!
Это хорошо, когда много света в сумерках. Тогда и не заблудишься. И не потеряешься. И ничего плохого с тобой не случится.
Великан бродил по городу, носил на плечах своих детей и под мышками маму и жену.
А когда он умер… когда его бесконечное сердце отработало свой срок и решило отдохнуть навсегда… Так вот, после его смерти выяснилось, что он продал свой скелет и свои органы разным медицинским музеям и институтам. На исследование и все такое прочее (это чтобы поднять многодетную свою семью, денег-то всегда не хватало). И вот примчались ученые, как вороны, за его организмом. И суды начались. И все только и говорили, что об этой истории.
Великан и правда, может, смошенничал, чтобы денег оставить после своей смерти многодетной вдове своей. А может, и просто не разобрался по неграмотности своей. И случайно наляпал такое.
Дети его судились и рядились, кому какая доля от продажи органов и прочего должна им достаться.
И правда, не у каждого в этом мире большое сердце. И не каждому дано быть великаном.
А вдова тихонько украла тело своего мужа и тайно ночью вместе с верными друзьями вынесла его хоронить. Несли они в темноте бесконечный гроб, такой бесконечный, что старый кореец мог поселиться в нем вместе со всем своим народом. Она в последний раз коснулась его сердца своей тоненькой ладошкой, вспомнила, как когда-то грело это трудолюбивое, огромное, любящее. Опустила свои длинные ресницы, смахнула слезу и простилась с ним навсегда.
С тем, кто носил ее, беременную, как румяное яблоко, в своих руках.
Фонари весь вечер, всю ночь, и все утро, и весь день горели над нашим городом. И никто из ремонтников ничего с этим не мог сделать. Они не понимали, что фонари провожают грустно и нежно своего хранителя и чинителя. Это последний торжественный салют для своего любимого друга. Провожать, если навечно, так провожать.
Да уж, иногда техника знает больше, чем люди.
Говорят, что его могила где-то в горах прячется между яблоневых деревьев. Не найти никому. Хотя знающие люди утверждают, что на виду она, целый холм.
Под которым спит тот, кто плечом мог столкнуть самолет, а на ноги надеть танки вместо домашних тапок.
И когда я брожу по Алма-Ате и вижу все эти горящие фонари, вспоминаю сразу дядю с его историями и этого великана. Верю, что он на самом деле был!
У нас всегда горят фонари! Всегда-всегда! А еще, все-таки трудно, когда у тебя бесконечное сердце…
Он мальчиком-подростком был, когда случился голод в казахской степи. Голод такой, что люди стали есть людей.
30-е годы, страшное время, многие бежали с родных земель, кто в Китай, кто в Турцию, кто куда. А его семья никуда не сбежала, не успела, померли все от голода, от болезней.
А он один не погиб, потому что знал, чувствовал где-то глубоко – не имеет на это права. Он – последний из рода великих охотников. Его цель – выжить, вырасти, корни пустить в землю, плодиться и сохранить род. К жизни тянулся мальчишка, всем своим сердцем.
Скитался, воровал, жил где придется. А потом попал на шахты уже парнишкой, там и осел. Вскоре и женился – на сестре своего друга, с которым в шахту каждый день спускался.
А через пару лет ребенок у них родился. И счастлив стал человек: вот теперь-то он не последний из рода, есть у него наследник!
Но случилась война. И ушел наш парень снайпером, не зря же охотничьи навыки имел, ничего не забыл, да и вынослив был невероятно.
